Книга Вторая жизнь барышни Софьи, страница 22 – Нинель Мягкова

И многозначительно дернула бровями в небеса.

Папенька понял и почтительно притих.

— Барышня, а что за шарф на вас? На мужской похож.

К счастью, Дуняше хватило смекалки не задавать этого вопроса громко и при отце. Дождалась, умничка, пока мы в светелку поднялись.

Я схватилась за шерсть в клеточку и сдернула, будто она меня укусила.

— Тьфу, забыла отдать. Потому он, наверное, за мной и спешил. Не провожать же жаждал! — фыркнула, отбрасывая аксессуар в сторонку. — Сложи как следует, заверни в бумагу. При случае отдам владельцу.

Выбросила бы, но ведь столкнемся еще не раз. Неудобно получится, будто я ему обязана чем.

Быть обязанной чем бы то ни было Сташевскому я не хотела категорически.

Утром я первым делом понеслась в тот дом, куда Завьяловский наведался ночью.

Принял меня лысоватый, но все еще довольно молодой мужчина — господин Сомовский.

Расспрашивала я его аккуратно, но, как оказалось, ничего постыдного или странного во вчерашнем визите фокусника не было. Что характерно, господин Сомовский даже не знал профессии господина Завьяловского. Тот представился предпринимателем.

Развелось их, как собак.

По рассказанной циркачом байке, в соседнем городке брат господина Сомовского занял у него небольшую сумму и никак не отдаст. А раз уж он проезжает наш чудесный Унгур, подумал — а почему бы не попросить родственника вернуть долг? Он ведь не откажет, спасет честь семьи… Карточные долги — штука коварная, за них и с работы выгнать могут.

— Можете мне, пожалуйста, показать расписку? — спросила, ни на что особо не надеясь.

Конечно, почерк будет похож, фокусник — профессионал. Но сорт бумаги или оттиски печати могли что-то подсказать.

— К сожалению, вы опоздали, — покачал головой господин Сомовский. — У меня ее уже выкупили.

Что⁈

— Кто… — Неожиданная мысль ударила не хуже обуха. — Высокий, представительный господин с темными волосами, молод и хорошо выбрит?

— Похож. Господин Сташевский, так он назвался.

Он с ума сошел? Зачем ему липовые долги? Сам промышлять начнет?

«Нет, чтобы отнести их в суд», — поняла я отчетливо и ясно.

Это именно стараниями господина Сташевского в прошлый раз фокусник угодил в околоток. И сейчас франт пытается повторить свой подвиг.

Только он не знает, что тем самым приближает гибель важного свидетеля по делу о коррупции в царской семье.

Если господин Завьяловский останется на свободе, вдруг и войны удастся избежать? Донести на него в столицу, уж там-то должны найтись не продавшиеся князю Велигорскому люди! Задавить мятеж на корню.

Это ж сколько невинных жизней можно спасти!

Только самое главное при этом — чтобы фокусник прямо сейчас не попался.

Дело получится слишком громким, не замять. Небывалый скандал, все праздники обсуждаемый от нечего делать целым Унгуром и окрестными селами. Еще бы, сам градоначальник замешан!

Потому и прикончили господина Завьяловского потихоньку. Иначе в ходе расследования наверняка вышли бы и на знакомых, и на учеников, и на коллег. А там и до князя недалеко.

Махнув рукой на остальных пострадавших, я двинулась к цирку.

Учитывая, что фокусник до глубокой ночи бродил по городу, а до того отработал программу, вряд ли прямо с утра побежит по оставшимся адресам.

Ярмарка оказалась закрыта. По пустынным рядам ветер гонял разбросанные со вчера обертки и обрывки гирлянд. На входе в цирк меня развернули, как обычную зеваку, со словами «Приходите на представление и не забудьте купить билетик».