Книга Туманность отражений. Тайна старого замка, страница 91 – Олла Дез

Бои затянулись до самого вечера. Соревновались многие гости, и разумеется, хёвдинг Бальдар Вотан Одинсон, новый хозяин замка Брейдаблик, принимал участие почти во всем.

Я сидела на почетной трибуне, возвышающейся на ристалище. Дам было очень много, трибуна была заполнена до отказа. Рядом со мной сидела Векта и то и дело утирала глаза платочком. Я следила за ней и обратила внимание на рыцаря, на которого она бросала пламенные взгляды. На мой взгляд, смотреть там особенно было не на что. Так себе рыцарь. Выбыл из турнира он очень быстро, и ни одной победы так и не одержал. Кажется, Хёд его звали, но точно я не была уверена. Может быть, вовсе и не на него она смотрела? К сожалению, взгляды — это только взгляды. Хотя и они порой бывают очень красноречивы.

Я понять не могла, с какой стати Векта постоянно хнычет? Но с другой стороны, она сама повторяла, что очень чувствительная. Да и отца только что похоронили. Дар говорил, что сестренка очень нежная, но я как-то не думала, что до такой степени. В тридцать с лишним лет все начинаешь воспринимать несколько по-другому. И если от бывшей невесты Дара, юной Нанне Непрансон можно было ожидать излишней эмоциональности, то, как мне казалось, Векта Вотан Одинсон должна была крепче держать себя в руках.

Нанне Непрансон сидела рядом с отцом, и я убедилась, что болеет она исключительно за дроттинна Хармода Друлинга. Она вскакивала и охала, только когда именно он выигрывал или получал мощные удары. Я же не волновалась вовсе, предпочитая наблюдать. К чему волноваться? Мой муж самый сильный, опытный и могучий воин, что сейчас был на ристалище. К чему мне лишние волнения?

А дальше был пир, на котором уже не звучали траурные речи. Наоборот. Восславляли все больше Дара, и, как ни странно, меня. И вот сейчас муж пил. Но не как вчера, а гораздо скромнее.

А еще я заметила, как многие гости покидали замок, не желая оставаться ночевать. Они подходили, прощались, выражали свое почтение и уезжали. Видимо, те, у кого была такая возможность, и их жилье было недалеко. Меня это совершенно не радовало.

Мне не пришлось просить, чтобы мужа дотащили до наших покоев. Мы дошли сами, я лишь слегка его поддерживала.

— Сири, они не знают, но я бы не справился. Я бы без тебя не дотянулся. И если бы ты рядом не стояла, я бы так опозорился... Ик. В который раз ты меня спасаешь? В четвертый? Нет! В третий? Я сбился, — говорил муж немного заплетающимся языком, но на диво ноги при этом переставлял.

— И я сбилась. Судьба у меня такая. Спасать твою головушку, — вздохнула я, поддерживая его и не давая свалиться с лестницы и свернуть при этом шею.

— Ты мне мало того, что магии добавила, ты еще в меня такой заряд уверенности вселила. Я прямо чувствовал, что дотянусь! Куда ты меня тащишь? — сказал он, когда мы дошли до наших с ним покоев.

— Почти как в первый день нашего знакомства. Тогда я так же тебя тащила, — вздохнула я и повела муженька в спальню.

— Нет! Нам же нужно к реке! Нам нужно брак консу… мне нужно… Я хочу тебя! — и муж рухнул на кровать.

— Спи уже, — тяжко вздохнула я, укладывая сонного мужа на кровать. — Поговорим, когда слово «консумация» сможешь выговорить. Тоже мне, герой-любовник.

Балдахин был на месте. Он был просто роскошный, и я убедилась, что и гобелены, явно посвежевшие, были на своих местах. Нужно завтра их рассмотреть. Сейчас я только подметила, что покои Дара явно обрели более уютный и жилой вид.