Книга Кровь императора, страница 42 – Наталья Косухина

— Но говорят, что он ловит и допрашивает людей, – всплеснула руками девушка, решив открыть мне страшную правду.

— Ну… – я замялась. – Что поделать, работа у него такая.

Ну правда же. Кто-то должен ловить преступников?

— А то, что он пытает их? – голос Алы дрожал от ужаса.

— Ну, не сам же…

— Сам!

Я моргнула.

— Трудоголик. – И добавила, чуть подумав: – Но это простительно супругу. Он радеет за благо страны.

— Эх, если бы ваше высочество знала слухи, за благо кого он радеет, – всхлипнула Лема, закатывая глаза к небу в приступе праведного негодования.

Меня было не тронуть женскими слезами. Мужскими – тоже. За время работы на Земле я насмотрелась всякого. Я – на диво циничная особа.

— Знаю, – обронила я, рассматривая собеседницу.

Ала замерла. Испуганно хлюпнула носом. Поняла, что сболтнула лишнего. В ее глазах мелькнул настоящий ужас – тот самый, когда осознаешь, что сказала то, за что могут и язык отрезать.

Я нежно добавила:

— Все в руках Богини.

Взгляд девушки метнулся к моим волосам. К этой белизне, которую здесь считали благословением. Она смотрела и не могла отвести глаз.

— Ваша судьба тоже в руках Богини, – добавила я. – Не переживайте о своем браке. Знатные особы не всегда могут делать то, что они хотят.

— Вашему высочеству повезло, – сникла девушка, признавая мою правоту. – У вас прекрасный возлюбленный. Честный, надежный и благородный.

Меня едва не перекосило.

Честный. Надежный. Благородный.

Я стиснула зубы так, что скулы свело. Внутри все закипело, но снаружи я осталась спокойной – только пальцы на мгновение сжались в кулак.

— О ком вы? – уточнила невинно. Голос звучал ровно, даже с ноткой любопытства.

А то мало ли. От этого дворца, полного змей, можно ждать чего угодно. Может, у Олеи был тайный роман, о котором я не знаю? В книге об этом ни слова, но кто знает, что автор оставила за кадром.

— Вам сделал предложение господин Дей, – прошептала Лема, и в ее голосе послышалась зависть.

— Я отказала ему, – ответила, с раздражением понимая, что об этом знают не все.

— Но он объявил, что не собирается сдаваться, – Ала подняла на меня глаза, и в них читалось искреннее удивление – как можно отказать Дею? – И будет добиваться вас.

Внутри все закипело. Надо было еще и врезать! Ну, чтобы наверняка. Чтобы даже во сне не смел ко мне приближаться.

— Ну, он может попробовать, – процедила я.

Ала вздрогнула от моего тона. Правильно сделала.

— Ваше высочество, я знаю, это дерзость, но умоляю вас… – Девушка снова всхлипнула, и слезы потекли по щекам, оставляя мокрые дорожки. Платок в ее руках превратился в мокрый комок. – Не могли бы вы поговорить с его величеством, чтобы я стала парой другому мужчине?

— Уверены ли вы в своем желании? – спросила я, глядя собеседнице прямо в глаза. – Новый претендент на вашу руку может понравиться вам еще меньше. Что будете делать тогда?

— Этого не произойдет, – снова всхлипнула Лема, прижимая платок к губам. – Хуже генерала нет никого.

Это она зря.

Я знала многих, кто был хуже. Генерал хотя бы честен в своей жесткости. А есть такие, кто улыбается, пока режут тебе горло. Такие, кто говорит о любви, а сами точат нож. Такие, как Дей, например.

— Я подумаю над вашей просьбой, – ответила нейтрально. – Но ничего не обещаю.

Никогда ничего не обещайте. Люди воспринимают обещанное как данность, а ваше обещание – как долг. Потом приходят и требуют, искренне не понимая, почему вы не спешите его выполнять.