Книга Кровь императора, страница 61 – Наталья Косухина

Я сидел в кресле, рассеянно глядя на стопку исписанных листов, и чувствовал, как где-то под ребрами медленно ворочается тяжелый ледяной ком. Победа? Да. Но какая цена? Олея расстроилась больше, чем я предполагал. И это тревожило.

Тоуз зашел и тихо прикрыл за собой дверь. Пристально посмотрел на меня. В его взгляде я уловил знакомую смесь участия и настороженности – брат всегда чуял, когда что-то шло не так.

— Вы все закончили? – спросил он, присаживаясь напротив. Свет от артефакта падал на его лицо, подчеркивая резкие скулы и внимательные глаза. – Ты выглядишь плохо. Я попросил принести сбор трав, заваренных, как ты любишь.

— Спасибо. Я действительно не отказался бы.

Прикрыв глаза и откинувшись на спинку кресла, я понял, насколько устал. Не столько от допроса – физическая усталость была привычным делом, – сколько от того, как быстро меняются в последнее время события.

— Поверить не могу: Торк призналась, что она любовница императора, что он пытался убить дочь и что она совершила на нее покушение. Она не в своем уме, – покачал головой брат.

— Весь ужас в том, что эта женщина абсолютно вменяемая. Она злая, жадная и подлая. Довести ее мне не стоило больших усилий, – вздохнул я, потирая переносицу. Перед глазами все еще стояло лицо Торк – сначала надменное, потом испуганное, а под конец – пустое, смирившееся.

— Допрос длился долго?

— Она крепилась до последнего. А потом, видимо, поняла, что император не придет ее спасать, и я дал понять, что его дочь на моей стороне.

— Ты сумасшедший. А что, если бы ее высочество посчитала твое прикосновение нарушением закона? Готов лишиться рук? – брат осуждающе покачал головой.

— Оно того стоило, – усмехнулся я, но усмешка вышла кривой. Я прекрасно помнил этот момент: тепло ее кожи под губами, едва уловимое напряжение, пробежавшее по ее руке, и то, как бешено заколотилось мое сердце, хотя лицо оставалось невозмутимым.

— Говорю же, ненормальный. Принцесса потом ничего тебе на счет этого не сказала?

— Нет.

И это тоже не давало мне покоя. Ее высочество из-за моего дерзкого поступка не выказала ни смущения, ни гнева, ни даже удивления. Она просто… приняла. Как должное. Или ей было все равно? Последняя мысль мне откровенно не нравилась.

Брат внимательно за мной наблюдал и, помолчав, спросил:

— Что тебя мучает?

— Принцесса… что-то не так. И я не понимаю, что. Это сводит с ума.

Я встал из-за стола, прошелся к окну. В стекле отражалось мое собственное лицо – уставшее, с обострившимися чертами и пылающими алыми глазами.

— Она все-таки твоя пара?

— Да. Глаз от нее отвести не могу. Все время тянет ее увидеть, – признался я, и слова эти дались с трудом. – Умом понимаю, что мои желания иррациональны, ну что ходить на нее и смотреть? Но чем дольше держусь, тем больше думаю о ней. Ни на чем не могу сосредоточиться. Это сейчас так некстати.

Я провел рукой по лицу, словно пытаясь стереть наваждение. В последние дни работа совершенно не клеилась, мысли то и дело сворачивали на изгиб ее шеи, на выражение ее глаз, на то, как она вздергивает подбородок, когда злится.

— Ты влюблен.

— Нет, – быстро ответил я и поморщился. – По крайней мере, еще нет. Но чем больше я узнаю принцессу, тем больше понимаю, что она именно та женщина, в которую можно влюбиться. Стоит влюбиться. Ее стойкость, воля, ум. Или мне она кажется такой притягательной, а на самом деле все иначе?