Книга Кровь императора, страница 63 – Наталья Косухина

Солнце светило ярко, но мне казалось, что день какой-то серый. Или это у меня на душе было серо? Вчерашние события все еще лежали тяжелым грузом и не давали отвлечься.

— Ваше высочество, – неожиданно услышала я голос Дея и обернулась.

О нет. Только не он. Сегодня у меня нет настроения разговаривать еще и с подлецами. Вчера хватило подобного общения. А тут он. Что этот мужчина хочет мне сказать? Здесь все так много толкуют о чести, но сами ее не имеют. Он убил меня, потом решил жениться на мне по приказу отца. Что теперь?

Я расправила плечи, примеряя на себя маску невозмутимости, которая в последнее время становилась уже второй кожей.

— Добрый день, – криво улыбнулась я, чувствуя, как тяжело мне дается изображать вежливость.

— Сегодня я услышал новости и пришел осведомиться: все ли с вами в порядке?

В глазах Дея плескалась искренняя забота. Я всматривалась в его лицо – знакомые черты, которые когда-то казались Олее такими родными, – и не могла понять: он это серьезно? Беспокоится обо мне. После всего, что сделал. Какие чувства друг детства испытывает к принцессе на самом деле?

— Все хорошо. Мне снова повезло, – ответила ровно, хотя на языке вертелось совсем другое.

— Это такое облегчение. Богиня хранит вас. Вы решили разбить сад в ее честь? – Дей перевел взгляд на работающих магов и слуг, и я заметила, как дернулась его бровь – он явно удивлен.

— Нет. Это мое послание окружающим. В этом саду будут только ядовитые растения, – произнесла я медленно, смакуя каждое слово, и посмотрела мужчине прямо в глаза.

— Что? – переспросил Дей, и в его голосе проскользнула растерянность.

Повисло молчание. Я смотрела, как до него доходит смысл сказанного, и где-то глубоко внутри шевельнулось злорадное удовлетворение.

— Если мне будет позволено сказать: ваше высочество очень изменились в последнее время, – произнес Дей наконец, и в его тоне послышалась осторожность.

— Смерть меняет людей, – пристально посмотрела я в глаза мужчине, и мои пальцы, держащие накидку, защищающую меня от солнца, сжались в кулак. – А трудности закаляют. Так получилось, что люди, которые должны были меня оберегать, заботиться и любить, предали. Вонзили нож в спину. Изменились ли эти люди, или я с самого начала их не знала?

— Вы хотите мне что-то сказать? – спросил Дей, и в его взгляде мелькнуло что-то похожее на тревогу.

— Ничего. А вы, господин Дей, хотите мне что-то сказать? – вскинула я бровь.

С бывшим другом детства Олеи общалась я спокойно, ровно, но внутри меня все клокотало от злости. Как люди, совершающие подлости, могут другим говорить о правильном? Имеет ли бесстыдство границы?

— Я… Вы изменили свои симпатии? Больше не поддерживаете своего отца?

Резко выдохнув, я прикрыла глаза. Сейчас я говорила Дею о его отношениях с Олеей и предательстве. О его бесстыдстве, когда он после всего продолжает строить из себя друга. Или возлюбленного. Не разобрать. А Дей вместо того, чтобы извиниться или хотя бы уйти и не показываться мне на глаза, толкует мне про отца.

Гнев накатывал волнами, а я стояла и старалась его сдерживать. Все это время я не могла решить, наказывать ли Дея и если да, то как. Но должна ли я была быть его судьей и палачом?

В конце концов, его отношения с принцессой меня не касались, выбор Олеи – только ее выбор, и она за него поплатилась. Но чем больше мы общаемся, тем больше у меня к Дею претензий. И его судьба не будет легкой.