Книга Странник, страница 42 – Рина Когтева

— Прости, – Морн отворачивается, – снова я повел себя как трус.

Он вспоминает то, что случилось два года назад. Зря.

— Как он? – спрашиваю я.

Морн пожимает плечами.

— Да разве поймешь?

Не дури мне голову, Морн. Я выжидательно молчу.

— Уже не тот, кого мы знали, – выпаливает Морн, встает и выходит из приемной.

Я провожаю его взглядом, но не останавливаю. Иди, насладись чувством вины. Если бы я не читала всю его переписку с Сентеком, то я бы его остановила и заставила все мне рассказать. Да только зачем? Сейчас у меня нет времени, чтобы продираться сквозь мутные рассуждения Морна. Я смотрю на чип как на ядовитую змею. Конечно, я возьму его, уйду в личные покои и посмотрю, что там записано, но меня не покидает ощущение, что как только я это сделаю, жизнь разделится на «до» и «после». Знаете, есть такие моменты. Их всегда чувствуешь. Я беру чип, кладу на ладонь и словно бы взвешиваю. Ну-ну. Какие ты хранишь секреты? Что ты мне расскажешь? Я поднимаюсь, запираю дверь на замок, и это знак слугам, что я не буду сегодня никого принимать. Потом я прохожу вторую приемную, третью, четвертую, промежуточную комнату, которой так и не дали названия, и наконец-то оказываюсь на своей суверенной территории. Я вставляю чип в планшет и вывожу изображение на стену, которая специально для этих целей оставлена белой.

Я вижу Аним, пока еще пустой, сверяюсь с длительностью записи – четыре часа. Слишком долго, чтобы смотреть ее в режиме реального времени. Я включаю перемотку. Аним, Аним, жрецы в тогах, сначала несколько, потом целая толпа, которая бегает как муравьи по коридору Святилища. Надо же, какое оживление, хотя ни одного посетителя. Вот их становится все больше и больше, и вот они собираются у одной из дверей. Я узнаю расположение. Это дверь к моему отцу, Раксу Гриалу. Умно. Я останавливаю перемотку, включаю звук.

А вот и Вейт, у него на руках ребенок, естественно, Таал Ламит, его сын. У Вейта торжественный вид, он просто великолепен в своих золотых Царских одеждах. Жрецы перед ним расступаются. Вейт подходит к Святилищу моего отца. Один из жрецов открывает перед ним дверь. Вейт с Таалом на руках заходит внутрь. Ракурс меняется, теперь мы внутри Святилища. Вейт стоит в центре, но к статуе отца он не подходит. Жрецы стоят полукругом у двери. Немая сцена длится несколько минут.

— Достаточно? – наконец, спрашивает Вейт.

— Да, мой Царь, – отвечает Тамирн, Верховный жрец Анима, доставшийся Вейту в наследство от Лаира Тарта.

Таал на руках Вейта начинает ерзать. Вейт неуклюже пытается его успокоить. Само собой, ничего у него не получается, и ребенок начинает кричать.

— Ну тише, тише… – лопочет Вейт.

Даже с ребенком справиться не может, что уж говорить об Альрате. Таал Ламит тем временем разрывается от крика. Мне почему-то приходит в голову, что у него великолепные голосовые связки. Голос будет такой, что впору на плацу командовать без микрофона. Я криво улыбаюсь. Вейт, тем временем, поспешно выходит из Святилища отца, так его и не вызвав. Ракурс снова меняется. Жрецы в коридоре низко кланяются, а Тамирн объявляет:

— Великий Бог Ракс Гриал избрал наследника Альрата. Волей Великого Бога Ракса Гриала после Великого Царя Вейта Ритала на трон Альрата взойдет Великий Царь Таал Ламит.