Книга Изгони меня, или Дачная готика, страница 14 – Рина Когтева

— Что хотите там найти?

Дарья опустила глаза, они приобрели цвет грозового облака.

— Спор есть спор, Томас Иваныч, – холодно сказала она.

— Хорошо, – Томас Иванович примирительно поднял руки.

Возможно, этот диалог имел бы какое-то продолжение, и, возможно, весьма даже интересное, если бы «Сапфир» вновь не огласили звуки «Подмосковных вечеров».

— Это еще что? – спросила Дарья.

— Ничего особенного, – пожал плечами Томас Иванович.

Хотя направление считал очень даже перспективным, но с Дарьей делиться не стал, особенно после того, как она не рассказала про церковь.

— Да? – Дарья испытывающе посмотрела на него.

Опять женская интуиция.

— Да, – Томас Иванович поудобнее устроился в кресле. – В любом случае, Дария, вы победили, и первый ход за вами. Сегодня все, что я могу, это наблюдать.

И иногда это гораздо важнее, чем действовать. Дария все время куда-то торопится, а лучше остановиться, присмотреться, проанализировать – все приходит со временем, с опытом…

— Паутиной тут не покройтесь, – как всегда разбила в пух и прах его высокопарные мысли Дарья.

Она спустилась с веранды и пошла к калитке. Томас Иванович проводил каким-то уж чересчур внимательным взглядом уходящую Дарью. Золотистые волосы, этот золотой свет… Он тряхнул головой, отгоняя наваждение. Церковь – ну это же так очевидно. Да и что там можно найти?

* * *

Ни одна из мыслей Томаса Ивановича не была для Дарьи неожиданностью. Даже не обладая экстрасенсорными способностями, она могла с легкостью их прочитать. Вот сейчас, например, он думал о том, что в церкви нечего искать, он снисходительно смотрел на Дарью и продолжал изображать из себя всезнающего покровителя. Ну раз ему так нравится, то пусть изображает. Дарья спиной ощущала его взгляд, пока шла к озеру. Когда она обогнула его и пошла по еле заметной тропинке, то почувствовала почти физическое облегчение от того, что Томас Иванович перестал пилить глазами ее спину. По тропинке Дарья шла, не задумываясь о направлении. Да и куда бы она могла вести, если не к церкви? Церковь-то церковью, но занятая мыслями о Томасе Ивановиче – который, впрочем, размышлял в это время о ней – Дарья не заметила, как вышла к развалинам села. У первой же ямы, окруженной сгнившими бревнами, Дарья остановилась как вкопанная.

— Черт… – почти растерянно прошептала она.

Попробовала сделать шаг – не получилось. Разозлилась, закрыла глаза, успокоилась, открыла глаза, снова попыталась шагнуть – снова не получилось.

— Ну не ошиблась, значит… – вздохнула Дарья.

В чем именно она не ошиблась, было не до конца понятно, но Дарья села прямо на землю, скрестив ноги, и уставилась на гнилые бревна. Дарья набрала воздух в грудь и громко произнесла:

— Коизиара офина алта нетера фу ара мен^[9] Анна.

Использовать заклинания, да посреди дня, да еще и без должных приготовлений… Ни у кого другого в такой ситуации ничего бы и не получилось. Нельзя просто так произнести заклятье и призвать мертвеца. Обычному человеку нужно обучение, длительная подготовка, нужно тщательно свериться с астрономией, астрологией, нумерологией, еще какой-нибудь логией, годы тренировок. И может быть, кто-нибудь придет в ответ на призыв. Признаться честно, Дарья сомневалась, что это вообще сработает. По ее мнению, все эти рассказы о вызове умерших с помощью гримуаров^[10] – не более, чем сказки для пионерского лагеря.