Книга Изгони меня, или Дачная готика, страница 29 – Рина Когтева

— Весело-то как ему там… – резюмировала с крыльца Дарья, как показалось Машке, с некоторой ревностью.

Только тут до Машки наконец-то в полной мере дошло, что происходит что-то очень неправильное. Следовало тихо уйти, позвонить в полицию и рассказать обо всем, потом побежать на дачу к Иваневским, привести Игоря Ивановича и всех соседей. Нельзя же вот так смотреть, как человека держат связанным в подвале? Это противозаконно, в конце концов! Машка уже достала из заднего кармана джинсов телефон, но почему-то 112 так и не набрала.

— Ведьма, – вдруг сказал Томас Иванович и чуть подался вперед, – противоестественное создание, которое несет в мир скверну. Это про тебя! И ты наивно полагаешь, что меня могут заинтересовать твои деньги или твое тело?

Анна Николаевна – ведьма? Нет, эти люди определенно не в себе. Машка не знала и знать не хотела, что там за тараканы в голове у этого старика, пусть полиция разбирается. Она разблокировала телефон и нажала на единицу. И тут экран накрыла ладонь, Машка окаменела от ужаса, подняла глаза – Дарья, блондинка с каре.

— Ты не торопись, девочка, – прошептала Дарья. – Если ментов вызовешь, то Томас тебя в два счета вычислит, а от Томаса тебя ни полиция, ни Министерство внутренних дел всем составом не спасет.

Машка не шевелилась.

— Бога благодари, что он так этой бабой занят, что тебя до сих пор не заметил.

Машка наконец-то осмелилась поднять глаза и встретилась взглядом с синими глазами Дарьи. И тут произошло нечто странное. Машке вдруг показалось, что они с Дарьей знакомы давным-давно, что Дарья знает все ее мысли, все ее драмы, все переживания.

— Потом поговорим, – Дарья кивнула, – сейчас давай посмотрим, что Томас будет делать.

— А он нас не услышит? – хрипло спросила Машка, признавая таким образом, что она вступает в странную дружбу с этой женщиной.

— Пока я здесь, не услышит, – ответила Дарья, – он у нас, конечно, всесильный, но не настолько, знаешь ли.

Могло показаться, что Дарья сказала это с самодовольством, но Машка услышала в ее голосе другое – гордость, причем не за себя, а за этого старика по имени Томас.

— Тс… – Дарья приложила палец к губам, – давай смотреть.

Мизансцена в подвале не изменилась: Анна Николаевна с ужасом смотрела на Томаса Ивановича, а тот пилил ее взглядом.

— Я никогда не делала ничего плохого, – наконец, удивительно ровным голосом произнесла Анна Николаевна.

— Ну мы же сейчас не будем спорить о том, что хорошо, а что плохо, – холодно осадил ее Томас Иванович. – Вы служите дьяволу, он вкладывает в ваш разум странные понятия о морали и справедливости.

— Да я этого дьявола в глаза не видела! – вдруг взвилась Иваневская. – Где этот ваш дьявол? Он вообще существует? Почему я должна за него отдуваться?

— Дьявол, – размеренно ответил Томас Иванович, откинувшись на спинку стула, – существует с божьего попущения, Господь послал его нам, чтобы мы могли испытывать себя и противостоять скверне. Такой, как вы, например.

— Ну это наше любимое: дьявол, скверна и божье попущение… – вздохнула рядом с Машкой Дарья.

— А она правда ведьма? – спросила Машка.

— Да, – подтвердила Дарья. – Это она в церкви спектакль устроила, только я так и не поняла, зачем именно. Ну, Томас сейчас и не такое выяснит.

— А кто он, этот Томас? – осторожно спросила Машка.