Книга Изгони меня, или Дачная готика, страница 63 – Рина Когтева

— Дария… – просипел де Торквемада.

Этажом выше Салтыкова перевернулась на другой бок.

— То ему спать надо, то орет на весь дом… – сонно прошептала она.

Томас сидел на кровати, ссутулился, седые волосы стояли дыбом. Он понял. Он наконец-то все понял: почему здесь Гермес, зачем нужны письма Дарии, зачем нужно завтрашнее представление, а главное – он вспомнил, что такое Немастор.

В восемь тридцать утра Дарья сидела за столом на кухне и пила чай с печеньем. Не то, чтобы ей хотелось есть, но нужно было как-то скоротать время, а другого способа она придумать не смогла. Надо бы уже выходить, но Томас Иванович несколько задерживался. Нет, он уже встал, Дарья слышала, как он копошится у себя в комнате, но почему-то никак не выходит.

— Мы опоздаем! – крикнула Дарья и с грохотом поставила чашку на стол.

На самом деле, ей было наплевать, что они опоздают на съемки какого-то там шоу. Сложно было даже сказать, кто именно раздражал ее больше: Томас или Гермес. Оба хороши, подумала Дарья. Один – Великий Инквизитор со своими замашками, второй – просто Великий, причем Трижды, по его собственному убеждению.

— Да что вы там делаете-то? – не выдержала Дарья.

Дверь в комнату Томаса распахнулась. Дарья сначала закусила губу почти до крови, чтобы не рассмеяться, а потом подперла голову рукой и задумчиво произнесла.

— Томас Иваныч, ну вы прям… Ну прям…

— Кто? – мрачно спросил де Торквемада.

— Ну прям мачо… – выдохнула Дарья, все-таки не выдержала и захохотала.

Томас, по всей видимости, одел то, что ему принесла редактор съемочной группы. На нем был линялый синий спортивный костюм, белая майка с надписью TURKEY^[36] и растоптанные серые кроссовки.

— Очень эффектно, – заверила его Дарья.

Сама она оделась скромно, но со вкусом: в джинсы, кеды и белую рубашку. Все это вместе взятое стоило примерно как половина дачи Рыпина.

— Там еще роль была, – Томас помахал в воздухе папкой.

— Да ну? – удивилась Дарья.

— По дороге прочитаете, – де Торквемада бросил бумаги на стол и вышел.

Дарья пробежалась глазами по строчкам, сначала бегло, потом уже внимательнее.

— Да что б…

Бодро вышагивающего де Торквемаду Дарья догнала уже на дороге.

— Бред какой-то! – выпалила она.

— Почему же? – де Торквемада даже не посмотрел на нее. – По-моему, у господина Трисмегиста отменное чувство юмора. Лично мне очень понравилось.

— И то правда, – Дарья с трудом подладилась под широкий шаг Томаса.

— Вы все запомнили?

— Я старалась, – честно ответила Салтыкова.

У водонапорных башен уже собралась толпа, причем разделена эта толпа была на две неравные части. Первые, по всей видимости, участники шоу, стояли с гордым видом в сторонке, вокруг них суетились, прилаживая микрофоны, члены съемочной группы. Вторая часть, более многочисленная, льнула к дачным заборам и с любопытством вытягивала шеи. Дарья поймала за рукав ту самую девушку, которая вчера приносила Томасу одежду.

— Мы на съемки.

— Вон туда подойдите, – девушка ткнула пальцем в раскладной столик, на котором стоял огромный термос и целый ряд пластиковых стаканов.

Они подошли, постояли минут пять, пока не появилась еще одна девушка, почти точная копия предыдущей.

— Торквемада и Салтыкова, – сказала Дарья.

— Ага, – девушка кивнула. – Легенду знаете?

— Да, – ответил Томас Иванович.