Книга Дело о стаях, страница 36 – Алёна Сереброва

— Времени нет. Да и какая согласится встречаться с парнем, который даже в отпуске пропадает чёрте где?

«А ещё воспитывает волчонка и выбирается раз в месяц в лес повыть на луну».

— Твоя правда, — соглашается Архип.

— Эй! Получается, у меня тоже девушки не будет⁈ — внезапно влезает в разговор Богдан. Он даже про игрушку забывает и, судя по всему, его персонажа тут же убивают, потому что на экране появляется какая-то надпить, увидев которую мальчишка чертыхается. — Не-не, я так не играю! У отца я появился? Значит и отношения возможны!

— Богдан, — веско роняет Герман, но Богдана уже несёт.

— Мне просто интересно. Я же в школу ходил, приятелей заводил, чем они лучше девчонки?..

— Просто найди себе охотницу, — подмигивает Слава. Наблюдать за Богданом забавно. — Общие интересы и всё такое.

— Как у тебя Сабина? — тут же находится Богдан, и Слава давится воздухом от неожиданности.

— Щапова? — уточняет Герман, и Слава пожимает плечами, отзываясь:

— Да. Она иногда подкидывает дела.

— И там ничего нет?

«Да какое тебе, нахрен, дело?»

Слава едва не задаёт этот вопрос вслух, в последний момент успевая прикусить язык.

— Ничего. Мы старые приятели.

Архип как-то двусмысленно хмыкает, но ничего не говорит. Слава, впрочем, говорить тоже ничего больше не собирается и лишь снова пожимает плечами. Доказывать что-то он не видит смысла.

— Значит ты полицейский…

— Есть грешок, — соглашается Слава.

Герман звучит так, будто он этих фактов не знал, вызывая лёгкую растерянность. Не может так быть, чтобы о нём не пытались ничего узнать. Просто не может, тем более если Герман, как говорил Руслан параноик.

— Очень полезный грешок, — замечает Герман и всё-таки включает радио.

Город встречает их дождём и Сидром. Тот стоит, спрятавшись под козырёк и засунув руки в карманы куртки: почти сливающаяся с подъездной дверью высокая, тёмная и одинокая фигура.

— О, новенький, — замечает Сидр, когда они все оказываются в подсвеченном тусклыми лампочками сумраке подъезда, где пахнет сыростью улицы и свежей краской. — И как звать?

— Встречный вопрос, — отзывается Слава, следуя за ним почти по пятам.

— А что мне за это будет? — насмешка сквозит в голосе обернувшегося.

Идущий в самом хвосте Богдан прыскает, но никак это не комментирует.

— Кончай паясничать, — тут же обрезает Архип. Славе почему-то кажется, что Сидр не избежал бы подзатыльника, остановись они хоть на мгновение.

— Я знаю, ты не любишь верхние этажи, Герман, — меняет тему, начиная оправдываться, Сидр, когда они наконец-то переступают порог квартиры. — Но в этот раз либо без лишних вопросов, недорого и со всем необходимым, либо этаж.

Сидр наконец-то снимает куртку, давая возможность нормально рассмотреть лицо.

Смуглая кожа, собранные в куцый хвостик чёрные волосы, крупные серые глаза и маленькая бородка под нижней губой. Высокий и, судя по всему, гибкий.

— Нагляделся? — мурлычет Сидр, поймав направленный на него взгляд, и Слава усмехается в ответ, отвечая, впрочем, не в тон:

— Вполне.

— И как?

— В первые пять минут не съедят.

Слава понимает, что может нажить себе тем самым врага, однако прекрасно знает, что и без этого друзьями им никогда не быть. Просто потому, что если они те, кого он ищет, то все они окажутся за решеткой. Даже Богдан.