Книга Бывшая жена. Шашлык из дракона, страница 63 – Эля Шайвел

— Теперь примерюсь к причёске и макияжу, — деловито поцокала языком стилистка, — и отправлю тебя мыться, а сама пока всё подготовлю.

— Только без этих… дворцовых завитушек, — насторожилась я. — И вычурности. Попроще, пожалуйста. Максимально естественно.

— Яйца курицу не учат! Я стилист от бога! Я тебе такой «модный приговор» устрою, закачаешься! — хихикнула Ульяра. — Я имею в виду, что все обалдеют от твоей красоты, особенно Катер. Так что не бойся, я не собираюсь делать из тебя размалёванную куклу или губастую уточку. Всё будет естественно и сногсшибательно!

Наверное, она хотела меня просто успокоить. Наверное, это бы даже получилось. Не будь я ТОЖЕ попаданкой.

Я покосилась на девушку. Ну ладно поговорка про курицу и яйца и тут, в этом мире, могла быть. Но вот упоминание про «модный приговор» и «губастую уточку»… вы, простите, это вряд ли возможны такие совпадения.

Интересно, а Кастер знает, кто она? Как мне все сказали, нужно скрывать это. Но эта Ульяра «мелет» языком без оглядки.

После «оценки», девица отправила меня помыть голову и лицо её шампунями и масками, а сама, довольно напевая себе под нос, осталась раскладывать и перебирать свой арсенал в моей комнате.

Пока я мылась, пришла к выводу, что пока буду молчать, причём и с ней и Кастером. Если я скажу, что узнала в ней попаданку, то сама себя и выдам. Если она так спокойна и не контролирует свою речь, значит, не боится попасться (или беспечна просто?).

Если скажу Кастеру, а он не знал об этом, «сдам» Ульяру. А мне бы не хотелось проявить подлость по отношению к ней, она вроде бы нормальная. Так что просто пока понаблюдаю.

Когда я вернулась, Ульяра усадила меня на покоившийся стул и с упоением принялась за дело.

Её пальцы двигались быстро и уверенно: она аккуратно расчесала больши́м гребнем мои распущенные волосы, обработала их каким-то ароматным спреем и кончики маслом, а затем начала укладывать, используя магию вместо фена. Поразительно, конечно, как изобретательно в этом мире научились заменять наши технологические вещи бытовой магией!

Я ожидала чего-то вычурного, но вместо этого Ульяра просто собрала часть волос в элегантный узел с кучей шпилек и невидимок, оставив несколько волнистых прядей свободно ниспадать на плечи.

Потом начался макияж. Я зажмурилась, когда она впервые коснулась своими холодными пальцами моего лица, а потом в ход пошли кисточки и спонжи, и я стоически приняла это. Боже, надеюсь, это не будет боевой раскрас туземца!

В процессе «преобразования» мне запрещалось смотреть в зеркало и разрешалось рассказывать о Кастере. Точнее, об этом у меня Ульяра старательно выпытывала: как познакомились, кто я ему, что нас связывает.

Я немного насторожилась сначала, а потом… слово за слово… в общем, выложила официальную версию: что он мой бывший муж, однако брак развалился в первый же день и что двигало нами при женитьбе безумие, а при разводе — трезвый ум.

Полную и правдивую версию с интригами, фиктивным браком и прочим я, конечно, рассказывать тоже не стала. Ульяра мне нравилась всё больше, но это не повод всё «растрындеть».

— Никогда бы не подумала, что господин канцлер мог потерять голову от любви и жениться в первый же день знакомства, — немного обескураженно хихикнула Ульяра, — на второй развестись, а на третий снова приударить за бывшей женой. Ну и дела! Ты и вправду роковая женщина в его жизни, похоже.