Книга Прочь с моих грядок, дракон!, страница 45 – Мария Эмет

На последнем слове голос его ревниво дрогнул, а сам он подался чуть вперед, прищурив глаза.

— Муж Бывший, — отозвалась я тихо. Вспоминать про Игоря было неприятно.

— Почему бывший?

— Он... предал меня. И ушел к другой женщине.

— Идиот, — выдохнул дракон. Его пальцы внезапно оказались на моей щеке, мучительно ласково погладив по скуле. — Я никогда тебя не обижу, Лена. Обещаю.

На душе стало холодно. Примерно такие же слова говорил мне Игорь в первые месяцы нашего знакомства.

Будущий муж умело заваривал лапшу быстрого приготовления, а после со словами «Да я ради тебя звезду с неба достану» вешал её на мои разомлевшие от любви уши.

Эту сказку я знаю. Проходила, а потом и отходила два года. Нет уж. Больше я красивым стихам не верю.

Не верю!

Бесцветно улыбнувшись, я быстро встала и предусмотрительно отошла от него на пару шагов.

— У меня дела. Я просидела с тобой больше получаса. Тебе должно было стать лучше.

Лучше? — Рендалл кивнул. Я же направилась к дверям. — Спасибо за спасение. Отдыхай. Ужин будет в семь.

И я позорно сбежала. Оказавшись в коридоре, попыталась смахнуть с себя все теплые чувства, что испытала в столь опасной близости рядом с ним.

Больше никакой любви. Мне второй шанс дали не для того, чтобы я с упоением наступила на те же грабли.

Грабли — это хорошо. В огороде. А не когда они прилетают аккурат в лоб, разбивая все мечты и планы о счастливом браке и крепкой семье.

От темных дум меня отвлек стук в дверь. Открыла я не сразу — перед этим сбегала на кухню и обзавелась скалкой. На всякий случай.

На обломках крыльца стояли люди. Из деревни, разумеется. Мужчины, женщины и дети. Они пришли не с пустыми руками. Кто-то приволок лопату, кто-то — молоток, другие притащили тяжелые доски.

— Опять? — зевнула я, хмуро глядя на них.

Интересно, я когда-нибудь заживу спокойно?

Когда тебя считают ведьмой — это забавно. Но когда тебя хотят сжечь, причем несколько раз для профилактики, желание улыбаться сразу пропадает.

Толпа начала переглядываться.

— Иди ты.

— Нет ты,

— А чо сразу я-то?

— А я чо?

Спустя две минуты вперед вышел мужик. Ну как вышел — его толкнули, причем дружно и со всех сторон.

Споткнувшись, он полетел ко мне, а пока летел — крикнул:

— Мы пришли помогать.

Замерев напротив меня, он показательно потряс старой киркой, место которой в самом дальнем углу сарая, где-нибудь рядом с ведром ржавых гвоздей.

Жители деревни последовали его примеру и принялись размахивать своим добром, попутно спрашивая, чем они могут помочь. Видно, они надеялись на мою мнительность и скромность.

Ха! Первое я потеряла ещё в начальных классах, а вторым не пользуюсь с самого рождения.

— За мной, товарищи. Работы хватит на всех

Люди заметно поникли, но слово — не воробей. Хотят помогать? Как благородно! Разве я имею право отказать добрым самаритянам в этом? Никак нет.

Женщины были определены в дом. Предоставив им Фонну на растерзание... Гм! То есть для выдачи указаний, я ушла занимать мужчин, которые остались стоять во дворе.

Кто-то отправился чинить крышу сарая, другие — спиливать лишние ветки у деревьев, не оставила в покое: и сорняки: выдав юношам лопаты, приказала им выкапывать всякую буйно растущую пакость.

В моем распоряжение осталась худощавая девушка с большими голубыми глазами и её брат семи лет.