Книга После развода. Хозяйка морковной усадьбы, страница 7 – Инари Лу

— Боюсь, что это невозможно, мяу!

Я моментально напрягаюсь, чувствуя, как сердце уходит в пятки. Что значит невозможно? Не могу я же реально провести здесь всю жизнь? В этом странном непонятном месте с говорящими животными!

— Как это «невозможно»? — впиваюсь в него взглядом.

— Очень просто. Отсюда не возвращаются.

— Как так? Если я сюда попала, значит, я должна вернуться в свой мир! — возмущенно произношу я и нервно вскакиваю с кровати.

— Аккуратнее, здесь все очень зыбкое.

Кот разваливается на кровати и устремляет на меня свой кошачий взор. Глаза сверкают в темноте словно два больших шарика.

— Не расстраивайся. Но шансов у тебя нет. Так, что тебе придется смириться.

— Нууж нет! Я не собираюсь сдаваться.

— Хорошо. Со временем ты привыкнешь к этой мысли, — равнодушно замечает Виня.

— Так, пушистый, ты не ответил на мой вопрос!

— Бррр, мяу.

— И не надо сейчас включать кота!

Он спрыгивает с кровати и подходит ко мне и вдруг начинает тереться об ноги.

Ничего себе. В этом мире коты тоже любят ласку?

Я глажу его по голове.

Муууур-мууууур.

— Есть, — наконец произносит он. — В нескольких верстах отсюда. Но тебе придется идти пешком.

— Это понятно. Но нам с Элис нужно чем-то питаться.

— Все, чем я могу помочь, достать вам молока с хлебом.

— Давай, миленький, помоги, — прошу я.

Он отходит в сторону, что-то мурлычит под нос, взмахивает лапой и на покосившемся столе появляется графин и буханка хлеба.

— Спасибо, Винечка.

Я тут же глажу его в знак благодарности, но он гордо отходит в сторону.

— Элис, — зову служанку, — иди сюда.

Девушка вбегает в комнату.

— Мы можем перекусить. Молоко и хлеб на столе. Я разламываю буханку пополам и протягиваю Элис.

— Сейчас я поищу кружки, — произносит она. — Там есть комната с посудой.

Вскоре она прибегает с двумя чашками, протирает их тряпкой и протягивает мне. Я разливаю молоко. Мы, наконец, можем поесть.

Когда Элис уходит, кот снова ложится на кровать.

* * *

Утром я просыпаюсь от того, что у меня болит все тело. Да кровать была жутко неудобной. Но хоть как-то удалось поспать. Кота рядом не оказывается.

Наверное, пошел по своим важным кошачьим делам.

— Элис, нам нужно сходить в эту деревню сегодня.

— Да, конечно, госпожа.

Боже, как же это ужасно звучит. Ну какая я госпожа?

Я, брошенная мужем, разведенная женщина. Я бросила своего жених из-за измены. Ну как бросила, просто испарилась в другой мир. Хотя наверное, это одно из самых креативных расставаний в моей жизни.

Мы с Элис допиваем молоко и доедаем хлеб.

Я захожу в комнату, где будет кухня. Хорошо яркий солнечный свет проникает в дом. И сейчас можно хотя бы разглядеть что здесь есть.

Шкафчики, стол для приготовления еды и даже печь. А это неплохо, только для нее нужны будут дрова.

— Я здесь все приберу сегодня, — произносит Элис, когда вернемся из деревни.

— Хорошо. Только у меня к тебе просьба, не называй меня госпожа. Мы теперь в равных условиях. И я не хочу слышать такое обращение.

— Но… я не могу, — неуверенно произносит девушка.

— Тренируйся.

— Что? — не понимает она.

Черт бы побрал их Средневековье.

— Я хотела сказать, постарайся. И можешь обращаться ко мне на ты, просто Инна.

— Но вы же Ингрид!

Ох, опять забыла.

— Да, да. Ингрид, — поспешно отвечаю я.

Мы аккуратно выходим из дома. Я оглядываю дом при дневном свете. И изъяны становятся еще виднее. Нужен срочный ремонт. Либо при первом же дожде, мы просто утонем в нем.