Книга Дрэгон Хай. Мелодия любви. Часть 1, страница 13 – Анна Алексеева, Деймон Краш

— Мила…

— Всё нормально, – перебила я, хотя сама не верила в это. – Наверное, так даже лучше. Может, Богиня решила, что мне пора заняться чем-то другим.

И в этот момент из игровой донёсся голос Эрика:

— А где Мила?

— Скажи им, что я заболела, – прошептала я. – Это будет проще.

Долли молча кивнула и, погладив меня по плечу, поспешила обратно к детям. Я же сняла рабочие туфли, положила их в сумку и вышла через служебный вход, чтобы не пересекаться с родителями.

На улице было солнечно и почти тепло. Пантарэя жила своей жизнью. Кто-то спешил по мостовой, омнибусы звенели на перекрёстках, вдалеке слышались уличные музыканты.

А я только что лишилась работы.

И всё из-за этих самоуверенных драконов.

А самое неприятное было в том, что плохие новости ещё не закончились.

Первым делом я остановилась у лотка с газетами, который стоял прямо напротив входа в детский сад. Обычно я проходила мимо, не задерживаясь – газеты покупал отец, и только по выходным, – но сегодня моё собственное лицо смотрело на меня с каждой первой полосы, и пройти мимо было невозможно.

Я взяла ближайшую газету и развернула её.

"Аэрис Мару в прямом эфире: «Я не знаю эту девушку. Между нами ничего нет и не было»". При этом слова Аэриса были написаны мелким шрифтом, а вот изображение растянулось почти на всю страницу.

— Да неужели, – язвительно пробормотала я и положила газету обратно. Подняв глаза, я тут же встретила взгляд продавца, который, конечно, сразу опознал во мне двушку с первой страницы. Я ведь даже одета была так же, как тем вечером!

Я развернулась и поспешила прочь, пока он не начал задавать вопросы. К тому же, от одного только любопытствующего взгляда мне уже становилось неловко. Отчасти меня даже порадовало то, что не придётся больше возвращаться сюда на работу: каждый лавочник, каждая живущая рядом старушка знала меня в лицо.

Впрочем, меня узнавали повсюду.

— Мисс, мисс! – остановил меня мальчишка с газетой в руках. – Купите газету! Тут про вас написано!

— Спасибо, но про себя я и так всё знаю, – улыбнулась я. – Оставь себе.

— Со скидкой возьмите! Вы ведь почти знаменитость!

— Прости, мне срочно нужно идти, – попыталась отмахнуться я, но мальчишка снова меня обогнал и встал прямо на пути, протягивая газету и погрызенный карандаш:

— А автограф?

Я вздохнула, но всё же подписала газету, чтобы поскорее отделаться от него. Но не успела пройти с одной стороны площади на другую, как заметила, что в мою сторону указывает девушка и что-то говорит своей подруге. Почувствовав неладное, я ускорила шаг.

К счастью, в этот момент как раз подошёл омнибус, и я успела запрыгнуть в него до того, как девушки пересекли площадь.

Сидя в омнибусе, который был почти пустым в это время дня, я заплела волосы в косу, сняла со лба ветрозащитные очки и убрала их в сумку. После чего достала из неё тонкий, почти прозрачный шарф и, накрыв им голову, повязала на шее в надежде, что меня всё-таки перестанут узнавать хотя бы случайные прохожие.

Но и этим дело не ограничилось. На остановке сидели две старушки, живущие неподалёку. Увидев меня, они зашептались. Ну, как зашептались – старушки были глуховаты и говорили так громко, что их голоса разносились на весь квартал:

— А в наше время девушки были скромнее! Ты только полюбуйся на эту цацу, Лиззи! Это ж дочка Ривера, про которую в газете писали!