Книга Академия Теней. Истинная трех, страница 44 – Эн Бакли

Кассиан улыбнулся. Взял меня за руку.

— Пойдём, — сказал он. — Я покажу тебе, что значит быть с демоном.

— А они?

— Подождут, — сказал Рейго.

— Мы умеем ждать, — сказал Микаэль.

Кассиан увёл меня в свою комнату.

Я знала — это только начало.

Кассиан ушёл на рассвете.

Я слышала, как он одевался, как тихо закрыл дверь, как его шаги затихли в коридоре. Не разбудил — пожалел. Или испугался. Демоны не умеют прощаться.

Я лежала в его постели, смотрела в потолок и думала о Рейго.

Сегодня — его ночь.

Рейго ждал меня в своей комнате.

Она была не такой, как у Кассиана. Не пахла серой и дымом. Здесь пахло сосной, мхом и чем-то древним — драконьим.

Он сидел у окна. Без рубашки. Чешуя на плечах переливалась в лунном свете — золотая, тёплая, живая.

— Ты пришла, — сказал он, не оборачиваясь.

— Я обещала.

— Я боялся, что ты выберешь его навсегда.

— Я выбрала всех.

Он повернулся. Янтарные глаза — в них горело что-то, чего я раньше не видела. Не ревность. Не боль. Что-то другое. Голод.

— Я хочу тебя, — сказал он. — Не как Истинную. Как женщину.

— Я здесь для этого.

— Знаю, — он встал. Подошёл. — Но я хочу, чтобы ты знала: я не умею быть нежным.

— Я не хрупкая.

— Это не то, — он взял меня за подбородок. — Я дракон. Во мне живёт зверь. Иногда он вырывается.

— Я не боюсь зверей.

— А зря.

Он поцеловал меня. Не мягко. Не осторожно. А так, будто хотел проглотить. Его губы были горячими, язык — настойчивым. Он прижал меня к стене, вжался всем телом, и я почувствовала каждую твёрдую мышцу, каждую чешуйку.

— Рейго... — выдохнула я.

— Молчи, — прошептал он. — Сейчас не надо слов.

Он разорвал на мне платье. Не расстегнул — разорвал. Ткань треснула, обнажив грудь, живот, бёдра.

— Это было единственное чистое, — сказала я.

— Куплю новое.

Он подхватил меня на руки. Отнёс на кровать. Не осторожно — бросил. Я взвизгнула — и засмеялась.

— Тебе нравится? — спросил он, нависая надо мной.

— Нравится, — честно ответила я. — Не ожидала.

— Чего?

— Что ты такой... грубый.

— Я сдерживался, — он провёл рукой по моему животу, спустился ниже, нажал. Я выгнулась. — Очень долго сдерживался.

— А теперь?

— А теперь не буду.

Он вошёл в меня резко. Без долгих прелюдий. Просто — взял. Я вскрикнула — от неожиданности, от боли, от удовольствия.

— Больно? — спросил он.

— Немного.

— Привыкнешь.

Он двигался быстро, жёстко, ритмично. Я вцепилась в простыни, кусала губы, чтобы не закричать. Но он не позволил — накрыл мой рот поцелуем, заглушил стон.

— Я хочу слышать тебя, — прошептал он. — Но не сейчас. Сейчас — только я.

Он перевернул меня на живот. Вошёл сзади. Глубже. Ещё глубже. Я застонала — громко, отчаянно.

— Ещё, — прошептала я.

— Знаю.

Он ускорился. Я чувствовала его чешую на своей спине — царапающую, горячую. Его дыхание — тяжёлое, хриплое. Его руки — на моих бёдрах, сжимающие, почти до синяков.

— Рейго... я сейчас...

— Жди, — приказал он.

— Не могу.

— Можешь.

Он замедлился. Почти остановился. Я застонала от нетерпения.

— Не мучай.

— Я не мучу, — он наклонился, поцеловал меня в шею. — Я растягиваю удовольствие.

— Это жестоко.

— Это по-драконьи.

Он двигался медленно, глубоко, чувственно. Я таяла. Плавилась. Кричала в подушку.

— Сейчас можно, — сказал он.

Я взорвалась — и он следом.