Книга Ты меня бесишь, страница 15 – Екатерина Мордвинцева

Она поднялась, прошла к двери в коридор. Остановилась.

— Дэймон.

— М?

— Спасибо. Не за то, что спас. За то, что не отдал.

Он молчал. И Лира ушла, оставив его одного в тёплом сумраке гостиной.

Дэймон смотрел на дверь, за которой она скрылась, и сжимал подоконник с такой силой, что мрамор пошёл трещинами.

— Истинность, — выдохнул он в пустоту, и это слово прозвучало как проклятие.

Утро встретило Лиру серым, тягучим светом, просачивающимся сквозь панорамные окна. Она не спала. Всю ночь ворочалась, прислушиваясь к звукам чужого дома, к шагам охраны за дверью, к собственному сердцу, которое никак не хотело успокаиваться.

Мысли роились в голове, как встревоженные пчёлы. Рихард не отстанет. Крон, про которого говорил Дэймон, тоже наверняка замешан в этой истории. А она — маленькая пешка, которую перекидывают с доски на доску, не спрашивая согласия.

Где-то в глубине пентхауса хлопнула дверь. Лира напряглась, прислушиваясь. Голоса — мужские, резкие, взволнованные. Потом звук шагов, удаляющихся к лифту. И тишина.

Он уехал.

Лира выдохнула, сама не зная, облегчение это или разочарование. С одной стороны, его присутствие выбивало из колеи, заставляло сердце биться чаще, а мысли — путаться. С другой, когда он был рядом, она чувствовала себя в безопасности. Как бы абсурдно это ни звучало.

Она встала, натянула вчерашнюю одежду (другой не было) и вышла в коридор. Пентхаус встретил её тишиной и запахом кофе. На кухне, которая оказалась частью огромной гостиной, суетился молодой волк из охраны — тот самый, что приносил еду вчера.

— Господин Дэймон просил передать, что вернётся к вечеру, — сказал он, заметив Лиру. — Завтрак готов. Что пожелаете?

— Кофе, — хрипло ответила Лира. — И можно мне какую-нибудь одежду? Свою я уже третьи сутки ношу.

Парень слегка покраснел, кивнул и исчез. Через полчаса в её комнату доставили несколько пакетов из дорогих магазинов — джинсы, футболки, свитера, даже нижнее бельё. Лира смотрела на всё это великолепие с подозрением. Она не просила такого количества. И уж точно не просила нижнее бельё от брендов, названия которых она даже прочесть не могла.

— Это всё оплачено, — сказал охранник, перехватив её взгляд. — Господин Дэймон распорядился.

— Он щедр, — процедила Лира сквозь зубы.

Она выбрала самые простые джинсы и чёрную водолазку, оставив остальное в пакетах. Не хватало ещё чувствовать себя обязанной этому высокомерному альфе.

День тянулся бесконечно. Лира бродила по пентхаусу как неприкаянная, рассматривая книги на полках (в основном деловую литературу и классику), трогая холодный металл скульптур, вглядываясь в ноутбук, оставленный на столе (запаролен, конечно). Она чувствовала себя чужой в этом стерильном великолепии. Зверем, случайно забредшим в витрину ювелирного магазина.

Ближе к вечеру, когда за окнами снова зажглись огни, она услышала шаги в коридоре. Не охранник — тяжелее, увереннее, злее.

Дэймон ворвался в гостиную, как ураган. Пиджак был расстёгнут, галстук съехал набок, в глазах полыхала ледяная ярость. Он даже не взглянул на неё — прошёл к бару, налил полный стакан виски и опрокинул в себя одним махом.

— Что случилось? — спросила Лира, поднимаясь с дивана.

Он обернулся. Взгляд тяжёлый, прожигающий насквозь.

— Садись, — сказал он глухо. — Разговор есть.