Книга Ты меня бесишь, страница 85 – Екатерина Мордвинцева

Сердце колотилось где-то в горле. Он вскочил, подбежал к её кровати. Она лежала всё так же бледная, но монитор показывал пульс — чуть чаще, чем раньше.

— Ты слышала меня, — выдохнул он. — Ты слышала.

На третьи сутки пришёл Керн. Осмотрел Лиру, покачал головой.

— Стабильно, — сказал он. — Без ухудшений. Но и без улучшений. Организм борется.

— Сколько это может длиться?

— Дни. Недели. Месяцы. Никто не знает.

— Я буду ждать, — твёрдо сказал Дэймон.

Керн посмотрел на него долгим взглядом.

— Ты изменился, — сказал он. — Твой отец был бы горд.

— Плевать на гордость, — отрезал Дэймон. — Мне бы её вернуть.

Он снова сел рядом, взял её руку.

— Слышала, что старик сказал? — обратился он к Лире. — Говорит, я изменился. А я без тебя — никто. Так что выздоравливай быстрее и возвращайся. Командовать мной.

На четвёртый день он заметил, что её пальцы чуть-чуть дрогнули, когда он говорил о звёздах. Он рассказывал, как они стояли на террасе в ресторане, и она показывала ему Вегу.

— Твоя звезда, — шептал он. — Помнишь? Ты говорила, что хочешь когда-нибудь увидеть настоящие звёзды, не в городе. Мы поедем, обязательно. Как только ты встанешь. Я отвезу тебя туда, где небо чистое. Будем лежать на траве и смотреть. Сколько захочешь.

Пальцы дрогнули снова. Или показалось?

— Лира? — он вгляделся в её лицо. — Ты слышишь меня?

Ресницы чуть дрогнули. Самую малость, но он заметил.

— Керн! — заорал он. — Керн, иди сюда!

Старик прибежал, осмотрел, проверил реакцию зрачков.

— Она возвращается, — сказал он с удивлением. — Медленно, но возвращается.

— Я же говорил, — Дэймон улыбнулся впервые за эти дни. — Я же говорил, что она сильная.

На пятый день Лира открыла глаза.

Это случилось ранним утром, когда за окном только начинало светать. Дэймон, как всегда, сидел рядом, держа её за руку, и рассказывал очередную историю из своей жизни.

— … и тогда я сказал Маркусу, что если он ещё раз опоздает на совет, я заставлю его чистить туалеты. Представляешь, каков наглец? А он…

Она моргнула.

Дэймон замер.

— Лира? — выдохнул он.

Она медленно повернула голову. В глазах — слабость, но и узнавание.

— Дэймон… — прошептала она чуть слышно.

— Лира! — он рухнул на кровать, обнял её, зарылся лицом в волосы, рыдая и смеясь одновременно. — Ты вернулась! Ты вернулась, чёрт возьми!

— Тише, — прошептала она. — Раздавишь.

Он отстранился, вгляделся в лицо. Бледное, осунувшееся, но живое. Глаза смотрят, губы улыбаются.

— Я люблю тебя, — выдохнул он. — Безумно. Сильно. Навсегда.

— Я знаю, — ответила она. — Я чувствовала. Всё это время. Ты был рядом. Говорил со мной. Звал. Я слышала.

— Почему же не возвращалась?

— Тяжело было, — призналась она. — Темнота засасывала. Но твой голос… он вёл меня, как путеводная звезда.

Дэймон заплакал. Не стесняясь, не прячась. Просто дал волю чувствам.

— Никогда больше, — сказал он. — Никогда не смей так делать. Слышишь? Я лучше умру, чем ты снова…

— Тсс, — она приложила палец к его губам. — Я бы сделала это снова. Ты же знаешь.

— Знаю, — выдохнул он. — Потому и люблю.

День выздоровления тянулся медленно. Лира была слаба, не могла вставать, но с каждым часом силы возвращались. Керн поил её отварами, Маркус приносил еду, волки стаи приходили по одному, чтобы увидеть её живой и поклониться.