Книга Цветок для ледяного дракона, страница 2 – Екатерина Жданович, Сова Люськина

Я прижала лоб к холодному стеклу и задалась вопросом: как я буду здесь жить? Я сбежала с жаркого юга, от палящего солнца, от соленого запаха моря и цветущих садов, от криков чаек и веселого гомона толпы на пляже. А привезла с собой лишь два чемодана воспоминаний о лете, абсолютно бесполезных в этом царстве вечной зимы. У меня не было ни теплого платья, ни шерстяных носков, ни добротных зимних сапог, ни даже нормальных варежек. Ничего, кроме надежды. Слабой, мерцающей искорки, затерянной в снежной буре.

Я сделала глоток чая. Он приятно согревал изнутри, но тревога оставалась. Что я здесь делаю? Кто я в этом белом, безмолвном городе? Зачем я бежала? Но, глядя на эту нежную, упорную метель, на огни, мерцающие сквозь нее, как далекие звезды, я почувствовала не только страх и отчаяние, а возможность. Шанс начать все с чистого листа. Построить новую жизнь, такую же чистую, как этот нетронутый снег за окном.

Глухой стук в дверь вырвал из раздумий. Я вздрогнула, едва не расплескав остатки чая.

— Войдите.

Дверь отворилась, и в комнату снова заглянула горничная. В руках у нее был поднос с миской супа и ломтем душистого хлеба, а на плече висел шерстяной плед.

— От администрации, мисс, — девушка улыбнулась. — Подумали, вам может быть холодно. И ужин.

Я не сразу нашла слова. Эта простая, тихая забота тронула до глубины души, разом растопив остатки ледяной скорлупы, в которую я пыталась заключить свои страхи.

— Благодарю вас, — наконец выдохнула я, — передайте, пожалуйста, мою искреннюю признательность. Это… невероятно любезно.

Горничная кивнула и, оставив поднос на краю комода, а плед на кровати, удалилась.

Я подошла и накинула его на плечи. Затем я взяла суп.

— Все будет хорошо, — подумала я. — Я смогу здесь жить.

Я оттягивала сон, сидя в коконе из пледа в уютном кресле. Не специально, просто спать не давали мысли, не пожелавшие оставаться на юге вместе с прошлым. Я вновь и вновь переживала события последних месяцев. Развод, свое решение кардинально изменить жизнь, продажу вещей, с которыми было связано столько воспоминаний.

— Все будет хорошо! — наконец устав ворошить былое, пообещала я себе и встала. Быстренько, ежась от холода, переоделась в ночную сорочку и забралась в кровать, предварительно выгнав из нее грелку, похожую на обычную сковороду с крышкой.

Скрутившись в калачик на теплом месте, я почти сразу уснула. Проснулась от холода, кусающего высунутый из-под одеяла нос. Гостиница отапливалась хорошо, но все же ночью, похоже, не так активно.

Из кровати я почти выпрыгнула, бегом добралась до ванной, поплескала в лицо холодной водой, и с писком вернулась обратно. Еще какое-то время сидела, кутаясь в одеяло, и набиралась смелости для очередного подвига — переодевания.

Наконец решилась, выскочила и быстро-быстро натянула на себя свои неприспособленные к местным холодам одежды. Нет уж, надо срочно заняться гардеробом. Иначе я даже в доме в сосульку превращусь.

Хозяин встретил меня улыбкой и пожеланием доброго утра. Зал ресторации был таким же уютным, как и все, что я успела увидеть в этом холодном краю. Надеюсь, первое впечатление окажется верным, мириться с холодом гораздо проще, когда вокруг такие замечательные люди.

Завтрак оказался простым, но безумно вкусным. Сладкая каша на молоке, свежая выпечка и ароматный, восхитительный на вкус чай. Я узнала в нем только нотки лимонного чабреца. Остальные травы были мне не знакомы. Но про себя я поклялась разобраться в местных растениях так же хорошо, как в травах своего региона. Природному магу по-другому нельзя!