Книга Дерзкая для имперца: союзники поневоле, страница 53 – Наталья Нежданова

Недалеко от Ларенцы начинаются горы. Конечно, этому массиву далеко до того, что разделяет империю и Загорье. Тем не менее, несколько вершин покрыты вечными льдами.

Переходим невысокий хребет и разбиваем лагерь в долине. Здесь нам предстоит провести почти три недели.

Утешает, что места вокруг очень красивые. Даже сейчас, в начале весны. Правда, солнечные склоны уже начинают зеленеть, и на них даже появляются первые цветы.

Но там, где тень, местами ещё лежит снег. А по ночам вообще заморозки.

Первое задание связано с ориентированием на местности. Каждый получает свой маршрут, который надо посмотреть на карте, запомнить и пройти в одиночку, уложившись в определённое время.

Для большей мотивации тому, кто справится первым, обещают зачесть это в качестве экзамена по ориентированию на местности. Звучит заманчиво!

Я решаю срезать путь и пройти через горное озеро. Прямо по льду. Он, конечно, уже непрочный, но приглядевшись, я полагаю, что меня всё-таки выдержит. Ещё и жердь длинную прихватываю на всякий случай.

Но, похоже, я не одна такая умная оказалась. Спускаясь к озеру, вижу на полоске снега, оставшейся в тени нависающей скалы, чьи-то следы. Судя по размеру, это явно девушка.

Тем временем начинает темнеть и на небе загораются звёзды. Это хорошо, по ним легко ориентироваться.

Правда, морозец начинает покалывать щёки и потихоньку пробирается в обувь. Слегка ускоряю шаг. Быстрое движение поможет согреться. Да и плащ у меня тёплый.

Судя по расположению звёзд над горизонтом, уже явно за полночь. И тут я слышу предательский треск. Крепче сжимаю жердь и стараюсь ступать как можно мягче.

Впереди явно плещет вода. Хочу обойти, но внезапно замечаю, как над краем льда что-то темнеет. Неужели кто-то из наших провалился? Но почему тогда на помощь не зовёт?

Опускаюсь на четвереньки и начинаю двигаться ползком. Точно! Там человек.

Ещё чуть ближе, и ночных светил становится достаточно, чтобы разглядеть, кто это.

Если бы Ригия могла испепелять взглядом, то, наверное, от меня осталась бы лишь горстка золы. Не понимаю, за что она меня так ненавидит? Не за ту же насмешку в ответ на её систематические оскорбления? Как-то это слишком.

В памяти всплывает рассказ Фабиэна о её печальном детстве. Мне её искренне жаль.

Неужели Ригия так никогда и не узнает, что такое любовь? Не встретит того, кто отогреет её заледеневшее сердце?

Вопрос в том, оценит ли она это? Сможет ли ответить? Или просто презрит и растопчет, так же безжалостно, как почти каждодневно поступает со своими однокурсниками?

Но кто я, чтобы судить? Откуда мне знать, что творится у неё в душе?

А ведь я смертельно рискую, если стану ей помогать. Очень возможно, мы просто обе здесь утонем.

Тем не менее протягиваю ей жердь. Она пытается за неё схватиться, но пальцы соскальзывают. Видно, совсем окоченела.

Подползти к ней и взять её за руку? А если лёд подо мной проломится? И хватит ли у меня сил её вытащить?

Я могу сейчас уйти и позвать людей на помощь. Никто меня за это не осудит. Вот только если я это сделаю, из полыньи в лучшем случае достанут её тело.

— Держи меня за руку и медленно, пожалуйста, очень медленно выползай на лёд! — прошу я.

Кажется, получается. Оттаскиваю Ригию подальше от полыньи и побуждаю встать. Но она даже не шевелится.