Книга Вероника, страница 42 – Софи Майерс

Из блаженного состояния меня вывела трель дверного звонка. Осторожно подойдя к двери, я заглянула в глазок. Там стояла Кристина. Я сильно удивилась, что она может делать здесь.

— Вероника открывай, знаю, что там притаилась? У меня суши и белое полусладкое, — раздался игривый голос.

Я открыла дверь, впуская девушку:

— Привет, как ты тут оказалась?

— Руслан, выпросил у Миши разрешение приехать к нему, мне было скучно, — Кристина притворно надула губки, скидывая туфли. — Ого так вот какая она! Квартира Михаила. Я тут ни разу не была.

Девушка с восторженным видом оглядывала гостиную. Мне на миг почудилось, что Кристина приехала явно не ради меня, а чтобы оказаться в квартире Миши. Еще тогда я отчетливо поняла, что она испытывает чувства к нему. Правда они были не взаимными.

— Хах, да ладно?! Прямо на почетном месте! — поставив бумажную коробку и бутылку на столик, она в несколько шагов подошла к камину.

— Не трогай, — успела выкрикнуть я, так как Кристина почти схватила фотографию. — Михаил не разрешает.

Я напугалась, ведь это было правило проживания здесь. А Кристина могла вот так легко его нарушить.

— Не удивительно, ты кстати знаешь, что это его жена? — она указала на фото.

— Нет не знаю, — я посмотрела на черно-белую фотографию незнакомки, которую я приняла за сестру Михаила. И вдруг увидела ее с другой стороны.

Жена Михаила была очень красива. Утонченное лицо, темные глаза в обрамлении темных пушистых ресниц. Волосы были светлыми, на сколько я могла оценить это через черно-белый снимок.

— Трагическая судьба, — Кристина покачала головой.

— А что с ними случилось? — осторожно спросила я.

— Пожар, они все погибли в пожаре, — Кристина задумчиво смотрела на снимки.

— Какой кошмар! — я потрясенно закрыла рот ладошкой, делая шаг назад.

Так вот какой был кошмар Михаила! Так вот почему тут не было ни одной женщины! Он все еще любил свою умершую жену.

— Ага, так хорош меланхолию разводить, где тут кухня? — но Кристину кажется не очень тронула трагическая история, потому что на ее лицо вернулось плутовское выражение.

— У меня дежавю, — я хихикнула, открывая дверь кухни. — Проходи, сейчас достану для тебя бокал.

— Ты хотела сказать бокалы? Бокалы…

Тут ее взгляд уцепился за цветы и она приподняла бровь, а я уже вся подобралась ожидая вопроса, но его не последовало. Девушка уселась на стул постукивая ногтями по коробке с суши.

— Я не пью, — спокойно отозвалась я подавая бокал. — Совсем не пью, так что на меня не рассчитывай.

— Болеешь чем-то?

— О нет, почему вдруг такое умозаключение? Просто не пью, считай убеждение.

В том месте где я выросла пить или не пить было почти философским вопросом. Их район раньше относился к крупнейшему заводу в СССР по производству железа и металлопроката.

Квартиры в стандартных хрущевках выдавались сотрудникам завода. Мама часто говорила, что отец был передовиком. Квартиру они получили когда, зарегистрировали свои отношения.

Завод проработал в новых реалиях достаточно долго, вплоть до 2011 года. День когда был остановлен конвейер Вероника помнила как вчера. Этот день, когда отец остался без работы, разделил их жизнь на "до" и "после". Как и жизнь многих людей.

Кто-то приспособился, нашел другую работу, а кто-то начал пить. И таких было больше. Когда-то ухоженные дворы стали местом отдыха пьяных компаний. Детские площадки были замусорены, да и не осталось там детей. Все кто мог покинуть этот район. Остались лишь алкоголики, глубокие пенсионеры и всякие бедолаги, такие как я и моя мама. Потому что идти было некуда.