Книга Эйлирия. Мужья Оли, страница 104 – Тина Солнечная

Фей… Этот чертов фей. Он что-то сделал со мной, и я больше не мог избавиться от его слов: «Ты получишь ровно один шанс увидеть правду. Иди к ней».

Что ж, лучше сделать это сразу, чем мучить себя вопросами. Слуги сказали, что госпожа в столовой, и я направился туда. Но вместо того, чтобы застать её за обедом, я увидел, как она выходит из комнаты, а следом за ней идёт Дирр.

— Ты всё равно будешь моей, — произнёс василиск с хищной улыбкой. И чего они все так хотят, чтобы это чудовище принадлежало им. Неужели только мне хотелось держаться как можно дальше?

Она фыркнула, поправляя свои каштановые волосы, а потом перевела взгляд на меня, словно наконец заметив:

— Каэль?

Её взгляд остановился на мне, и я понял, что она ждёт ответа.

— Да, госпожа, — пробормотал я, чувствуя странное раздражение от этого спектакля.

— Боги, Каэль, ну когда ты прекратишь уже? — фыркнула она ещё сильнее. — Пройдёшься со мной? Мне нужен кто-то, кто меня ненавидит.

— Хорошо, госпожа, — усмехнулся я, следуя за ней. Если ей нужен был мой яд, чтобы разбавить её день, то почему бы и нет?

Мы пошли в сад. Она шла впереди, словно ничего особенного не происходило, а я шёл следом, наблюдая за её лёгкой походкой. Она улыбалась, смеялась, останавливалась то там, то тут, чтобы потрогать цветы или присмотреться к бабочкам. Это выглядело странно. Неправильно. Она же была чудовищем.

Но вот она потянулась за вишней на дереве. Слишком высоко. Она выглядела смешно, неуклюже, и это… злило.

— Почему вы такая, госпожа? — вырвалось у меня, пока я подходил ближе.

— Какая? — спросила она, повернув ко мне лицо. Её глаза смеялись, а на губах играла та самая улыбка.

— Делаете вид, что вы больше не Оливия. Не то чудовище, какой являетесь, — сказал я, протягивая ей вишню на ладони.

Она улыбнулась. Улыбка была искренней, лёгкой, не похожей на ту, которая всегда вызывала у меня гнев и ненависть. Она взяла вишню, и в тот момент, когда наши пальцы соприкоснулись, я замер.

Я протянул руку, срывая для неё вишню, и почувствовал, как наше дыхание смешалось на мгновение. Она взяла фрукт, и наши пальцы соприкоснулись.

И в этот момент всё изменилось.

Передо мной стояла женщина, которой я никогда не знал. Блондинка с короткими волосами и глазами, полными жизни. Карие, тёплые, добрые. Не Оливия. Никогда не Оливия.

— Спасибо, Каэль, — сказала она, улыбнувшись так, что я потерял способность дышать.

Она взяла вишню, и как только наши руки разъединились, видение исчезло. Передо мной снова стояла моя госпожа, с каштановыми волосами и лёгким вызовом в глазах.

Но я больше не мог пошевелиться. Всё моё существо застыло. Гнев, ненависть, сомнения — всё смешалось.

Что это было? Кем она была? Кто она сейчас?

Моя голова кружилась от возможных ответов, но один факт был непреложным: я видел её. Настоящую.

— Каэль, всё хорошо? — её голос звучал встревоженно. Она стояла совсем близко, вишня так и осталась в её руке.

— Кто ты? — вырвалось у меня, прежде чем я успел обдумать слова.

— Я? Ты же знаешь, чудовище, которое ты ненавидишь, — она улыбнулась, но в её глазах что-то дрогнуло. Она сделала шаг ближе, заглядывая мне в лицо, словно ища ответы.

— Я видел блондинку с короткими волосами. — Слова прозвучали глухо, как чужие.

— Где? — её лоб нахмурился, а взгляд стал острым.