Книга Эйлирия. Мужья Оли, страница 3 – Тина Солнечная

Я чуть не задохнулась от охватившего меня ужаса и отвращения. Теперь мне стало понятно, почему в его глазах холод и ненависть — она отняла у него всё, что было ему дорого, и сделала рабом, привязанным к себе неразрывно.

И его имя. Теперь я знала его имя. Каэль. Такое красивое имя для того, чья жизнь была превращена в кошмар.

— Госпожа, вам плохо? Мне позвать лекаря? — спросил он, и в его голосе было больше безразличия, чем беспокойства.

Я заставила себя выпрямиться, сжав зубы, чтобы подавить рвущуюся наружу боль.

— Нет, — ответила я, проглатывая комок в горле. — Всё в порядке, Каэль.

Его глаза слегка расширились на мгновение — я назвала его по имени, а Оливия так никогда не делала, блин. Но он быстро вернул себе привычное безразличное выражение лица.

— Хорошо. Если вам что-то потребуется, я здесь.

— Я помню, — холодно ответила я, стараясь соответствовать образу Оливии. Теперь я знала, кем она была. Кем теперь являюсь я. Спасибо, богиня.

Я вздохнула, собираясь с мыслями.

— Я хочу есть, — заявила я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно, как и полагалось женщине её статуса.

Каэль на мгновение замер, затем поклонился и направился к выходу.

— Я организую всё необходимое, госпожа, — сухо ответил он и исчез за массивной дверью.

Я осталась одна, и тишина, окружившая меня, была обманчиво спокойной. Я медленно поднялась на ноги и осмотрелась. Комната казалась знакомой — её облик и детали приходили из воспоминаний Оливии. Но, несмотря на это, всё было чужим и холодным, как если бы я смотрела на чужую жизнь сквозь зеркало.

Мой взгляд задержался на массивном столе, заваленном свитками и пергаментами. Воспоминания о магии Оливии пронеслись в голове, и я почувствовала, как сила оживает во мне. Тёплая пульсация в ладони, и в воздухе передо мной появился маленький огненный шар. Я удивлённо уставилась на него, заворожённая его ярким светом и теплом.

Но, пока я разглядывала его, он начал расти, и я вдруг поняла, что потеряла контроль. Шар устремился к столу и, коснувшись краешка одной из стопок бумаг, вызвал мгновенную вспышку. Пламя быстро начало распространяться.

— Чёрт! — я бросилась вперёд и судорожно хлопнула по бумагам ладонью, пытаясь затушить огонь. В помещении запахло палёной бумагой, и пепел взвился в воздух, оставляя чёрные следы на пальцах.

Когда я наконец потушила огонь, дыхание сбилось. На столе осталась обугленная кромка бумаги, и я молилась, чтобы это не было чем-то важным. В этот момент дверь кабинета приоткрылась, и в проёме появился Каэль.

Он застыл, взгляд его скользнул по столу, где ещё виднелись следы пепла, и вернулся на меня.

— Всё в порядке, госпожа? — в его голосе прозвучала еле уловимая насмешка.

— Всё прекрасно, — я бросила на него холодный взгляд, с трудом скрывая растерянность. — Просто… небольшая тренировка.

Каэль кивнул, принимая мой ответ без возражений, хотя его глаза всё же блеснули надменностью. Он сделал шаг в сторону, и в кабинет вошли трое рабов. Двое несли подносы, покрытые серебряными крышками, а третий… был полностью голым.

Мои глаза расширились, и я едва не задохнулась от неожиданности. Услужливая память Оливии тут же выдала всё, что она считала «обедом». Этот мужчина становился на мостик, изгибая спину так, чтобы его живот был идеально ровной поверхностью, на которую ставили тарелки и блюда. И она ела. Ела с него, как с живого стола, не обращая внимания на его унижение. А он не смел двигаться. Если что-то падало — его наказывали. Жестоко, беспощадно. Иногда это был его последний раба. Память подкинула Оливии, что этот конкретный «стол» держался уже неделю.