Книга Эйлирия. Мужья Оли, страница 89 – Тина Солнечная

Он покачал головой, его губы скривились в насмешке.

— Ты можешь называть себя как угодно. Но одно я знаю точно: имя не изменит твоей сути. Ты остаёшься тем, кто разрушил мой мир. И ничто не заставит меня думать иначе.

— Ты сам выбираешь, во что верить, Каэль, — ответила я, развернувшись к окну, чтобы скрыть своё разочарование. — Но, может быть, когда-нибудь ты увидишь разницу.

Я услышала, как он отступил к двери, но прежде чем уйти, он бросил:

— Не надейся.

Наедине с собой мне удалось пробыть не так уж и долго. Я знала, что василиск скоро придет, но думала, у меня больше времени.

— Госпожа позволит мне войти? — услышала я его голос от двери. Он был игривым, бархатным, от чего внутри что-то непроизвольно ёкнуло.

— А тебе нужно моё позволение? — устало бросила я, не оборачиваясь, смотря в окно.

— Конечно, — его голос стал ещё мягче, а в нём зазвучали те самые игривые нотки, от которых становилось одновременно тепло и тревожно.

Я повернула голову и заметила, как его глаза ярко вспыхнули каким-то опасным огнём.

— Входи, — махнула рукой, снова отворачиваясь. Настроения на его дурашества у меня не было совсем.

Но не успела я додумать эту мысль, как всё перевернулось с ног на голову — буквально. В одно мгновение я оказалась на кровати, а он навис надо мной, его руки уже раздвигали мои ноги.

— Вассо! — выдохнула я, пытаясь понять, что происходит.

— Да, моя госпожа, — усмехнулся он, его голос был наполнен ленивой уверенностью. Он вошел в меня одним плавным толчком, но держал взгляд на моём лице, будто требовал, чтобы я видела, кто здесь действительно господин.

Я простонала его имя, всё ещё разрываясь между возмущением и растущим наслаждением. Он толкнулся снова, на этот раз жёстче, властно. Моё тело отозвалось на его ритм, но я попыталась подавить свои чувства. Напрасно…

— Ты так сладко пахла, пока я массировал твои ноги, — прошептал он, его губы почти касались моего уха. — Я бы взял тебя прямо там, но пришлось терпеть.

Его голос, низкий и вибрирующий, только поднимал жар внутри меня. Его ладони скользнули вверх по моим бёдрам, и он наклонился ближе, его губы прошлись по моей шее, пока ритм его движений становился всё более настойчивым, уверенным. Я закрыла глаза, позволяя себе утонуть в ощущениях, забывая всё, кроме его касаний.

Пришла ночь, а значит я его.

* * *

Я спешилась, стараясь держаться ровно и гордо, как всегда. Шлейф моих одежд слегка задел пыльный камень мостовой, но меня это не волновало. Внутри, за маской привычной надменности, моё сердце стучало слишком громко. Глядя на массивный золотисто-пурпурный шатёр в центре площади, я поймала себя на мысли, что не знаю, чего боюсь больше — того, что мне придётся принимать участие в этом спектакле, или того, что я увижу, кого выбрала для меня королева.

Место бурлило жизнью: повсюду шумели голоса, сновали торговцы, пахло пряностями, дымом от жареного мяса, сладкими сластями. Люди толпились у лотков, смеялись, кричали, спорили. Всё это только усиливало чувство нереальности происходящего. Для обычных жителей это была ярмарка, а для приближенных — аукцион диковинок. Живых диковинок.

— Всё в порядке? — Вассо подошёл ближе, положив руку на мою талию. Его тихий голос пробудил меня от раздумий.

— Конечно, — я выдавила улыбку, зная, что он чувствует моё напряжение, но делать вид — это всё, что мне оставалось. Его взгляд стал ещё более пронизывающим, но он промолчал.