Книга Эйлирия. Мужья Богини, страница 32 – Тина Солнечная

— Если ты не готова, это нормально, — сказал он, его голос был тёплым, почти успокаивающим. — Мы можем просто уйти отсюда.

Я обернулась, чтобы посмотреть на него, и замерла. Если Илион казался мне изящным и резким, как тень, то Маркус был его полной противоположностью — пугающе прекрасный, словно явившийся из какой-то древней легенды.

Его огненные глаза смотрели на меня с непередаваемым спокойствием, но в них я видела что-то необъяснимое. Я почувствовала, как напряжение внутри меня усилилось, и не могла решить, пугает оно меня или наоборот притягивает.

— Ты должна решить, Лира, — мягко сказал он, чуть наклонив голову. — Мы можем продолжить… или оставить тебя одну. Это зависит только от тебя.

Илион наблюдал за нами, его взгляд был изучающим, но он молчал, словно давая мне пространство. Я на миг задумалась, чувствуя, как тишина пещеры окутывает меня, заставляя сердце стучать ещё громче.

— Я хочу узнать вас лучше. Это всё… максимально ненормально, — сказала я, пытаясь вернуть контроль над ситуацией.

— Почему ты не захотела узнать ближе Стефа? Чем он лучше нас? — спросил Илион, его голос звучал холодно, но в нём угадывалась скрытая обида.

— Он не лучше, — ответила я, чувствуя, как мой голос дрогнул. — Просто в моём мире многомужества нет.

— И ты решила любить только его? — его вопрос застал меня врасплох.

— Любить? — я нахмурилась, не понимая, о чём он.

— Вы держитесь за ручку и постоянно целуетесь, — произнёс дроу, закатив глаза. В его тоне прозвучало раздражение, но мне было сложно понять, чем оно вызвано.

Прежде чем я успела что-то ответить, Маркус, который всё это время стоял чуть в стороне, сделал шаг вперёд.

— Илион, тебе лучше уйти, — мягко, но твёрдо сказал он, его голос был наполнен теплотой, но звучал так, что спорить не хотелось.

Илион посмотрел на него, затем на меня.

— Видимо, так и есть, — бросил он коротко, развернулся и ушёл, его силуэт растворился в мягком свете пещеры.

Я перевела взгляд на Маркуса, который оставался рядом.

— Что с ним? — спросила я, чувствуя лёгкое беспокойство.

Маркус на миг задумался, словно подбирая слова.

— Илион был первым мужем Эйлирии, — начал он. Его голос звучал тихо, но в нём слышалась неподдельная грусть. — Она никогда не любила никого из нас, Лира. Но его она не любила дольше всех.

— А я тут при чём? — пробормотала я, всё ещё не понимая.

— А тут ты… такая тёплая, напуганная, нежная, — продолжил он, пламя его глаз смотрело прямо на меня. — То, что ты ощущала, когда была со Стефом… Эйлирия никогда не ощущала. Она всегда была эгоистичной и холодной. А ты… ты другая. Настоящая. Искренняя в своих чувствах.

Я молчала, не зная, что сказать.

— Стеф — архон, — продолжил он, его голос стал мягче. — Он может быть острым на язык, но он отлично чувствует эмоции других. И он ощутил это в тебе. Поэтому он и держал тебя за руку, целовал. Он видел, что тебе это приятно. И ему тоже было приятно, уж поверь.

Я отвела взгляд, чувствуя, как сердце сжимается.

— Эйлирия такого не позволила бы. Да и, честно говоря, никто из нас не стремился к нежности с ней. А Стеф сегодня буквально искупался в твоих эмоциях, — сказал Маркус, делая шаг ближе.

— Илиону тоже хочется это ощутить, — продолжил он. — И мне тоже. Да всем нам.

Его слова заставили меня замереть. Я посмотрела на него, чувствуя, как странное тепло разливается внутри меня. А еще обида на Эйлирию. За то, каких раненых мужей она оставила мне. Мне… От этой мысли стало странно.