Книга Поцелуй с откатом, страница 85 – Тина Солнечная

Он смотрел прямо мне в душу. Потом наклонился и коснулся моих губ коротким, едва ощутимым поцелуем, от которого у меня перехватило дыхание.

— Я так скучал по тебе, — шепчет, едва касаясь моих губ своим дыханием. — Скажи мне, что ты не его имела в виду.

Я покачала головой. Медленно. Нерешительно. Но покачала.

Он посмотрел на меня, и в его глазах вспыхнуло солнце.

Он улыбнулся — по-настоящему. И в следующую секунду снова коснулся моих губ, но уже иначе: с уверенностью, с нетерпением, с тем самым рвущим дыхание желанием, которое я помнила, носила внутри всё это время.

— Моя маленькая злюка, — выдохнул он, прижимая меня ближе. — Могу я надеяться, что ты говорила обо мне?

Я опустила глаза и едва заметно кивнула.

Этого хватило.

Он, конечно, заметил.

Потому что в ту же секунду стал покрывать меня поцелуями — лихорадочно, торопливо, будто боялся снова потерять. Его губы касались моих щёк, лба, уголков губ, подбородка. И снова находили мои губы, впиваясь в них с жадностью, будто он умирал от голода.

— Моя Юкка… — прошептал он, обнимая меня так, как будто я могла исчезнуть.

Он целовал меня так, будто это был не просто поцелуй — будто он пытался вобрать в себя всё, что между нами осталось невысказанным. Его ладони обнимали моё лицо, большие пальцы ласково скользили по скулам, а губы двигались настойчиво, требовательно. Он не давал мне и шанса на сомнение, заставляя сердце срываться с ритма и отбивать только одно имя: Аскер.

Я застонала тихо, не в силах сдержать себя.

Мои пальцы сжались на его рубашке, я потянула его ближе, чувствуя, как между нами больше нет ни страха, ни недосказанности — только мы. И этот поцелуй, жадный, как голод, жаркий, как пламя, что давно уже вспыхнуло между нами.

Он прижимался ко мне всем телом, будто хотел раствориться, слиться, стать единым целым. И я позволяла. Я сама искала его, отвечала, открывалась. Его язык скользнул внутрь, и я задохнулась от волнения, от острого желания, от этой силы, с которой он овладевал каждым моим вдохом.

— Юкка… — выдохнул он, отрываясь лишь на миг, чтобы снова впиться в мои губы, глубже, сильнее. — Чёрт, я с ума схожу, когда чувствую тебя. Я не могу без тебя. Не хочу больше быть в разлуке с тобой.

Мои колени дрожали, а спина прижималась к стене. Он был слишком близко. Слишком любимый мной.

Я не сказала ни слова. Я только целовала его в ответ, тонула в этом вихре чувств, что больше не могла и не хотела сдерживать.

Его пальцы скользнули к моим бёдрам, крепче прижимая меня к себе, и я чувствовала, как его дыхание становится тяжелее, как в нём бушует то же самое, что горело во мне. И всё, чего я хотела — чтобы он не останавливался. Не отпускал. Больше никогда.

Он отрывается от моих губ с резким, рваным выдохом, будто это для него — настоящая пытка. Его взгляд темнеет, тяжелеет, и я чувствую, как внутри него рвётся наружу нечто первобытное, собственническое, дикое.

— Я не смогу остановиться, Юкка, — выдыхает он. — Слишком долго держал себя в руках. Слишком долго думал, что потерял тебя.

Прежде чем я успеваю ответить, он снова накрывает мои губы, подхватывает под бедра и без малейшего усилия поднимает меня на руки. Я вцепляюсь в его шею, сердце срывается с ритма. Всё кружится, растворяется — и в следующую секунду я уже оказываюсь на своей кровати.