Книга Мастерская попаданки, страница 90 – Ри Даль

(Эйру, мать земли, услышь нас этой ночью, От моря до неба, от ветра до звёзд, Свяжи наши сердца, исцели Завесу, Под Большой Луной восстанови равновесие.)

Все повторяли за мной. Я опустилась на колени и положила амулеты в сосуд, их свет смешался с сиянием малахита, кварца и аметиста. Даррен и Люсин присоединились ко мне, их руки коснулись моих, и я почувствовала, как наша связь — как семьи, как хранителей — усиливает магию. Ветер закружился вокруг нас, неся запах вереска и тысячелистника, а огонь в центре вспыхнул, охватывая сосуд золотым пламенем.

Небо над нами задрожало, и я увидела, как Завеса, невидимая, но ощутимая, начинает восстанавливаться. Полупрозрачные нити света, словно паутина, сотканная звёздами, протянулись от земли к луне, закрывая трещины, что веками разрушали Равновесие. Духи Другого мира, теперь спокойные, шептались в ветре, их голоса были полны мира. Я чувствовала, как хаос, что когда-то разрывал нашу землю.

Когда последние слова заклинания затихли, сосуд в центре костра треснул, и из него вырвался столб света, устремившийся к Большой Луне. Амулеты растворились в этом сиянии, их магия слилась с землёй, небом и морем. Завеса была восстановлена. Я выдохнула, чувствуя, как напряжение покидает моё тело. Мы сделали это.

После ритуала мы собрались у большого дуба. Драконы, Волки и люди Древа стояли вместе, их лица были полны благоговения. Мердок, новый риардан О’Драйк, поднял руку.

— От имени клана Драконов я клянусь, что мы никогда не нарушим равновесие, — сказал он. — Мы будем хранить Завесу наравне с другими Кланами, как завещала Эйру.

— Мы принимаем вашу клятву, — сказал Даррен. — Пусть эта ночь станет началом мира.

Мойра улыбнулась, её лицо светилось гордостью.

— Эйлин, ты исполнила пророчество, — сказала она. — Ты стала мостом между кланами, как предсказывала Эйру.

Я посмотрела на Даррена и Люсин, стоявших рядом. Люсин прижалась ко мне, а Даррен взял мою ладонь и поцеловал. В этот момент я поняла, что нашла не только мир для Эйру, но и семью.

Мы вернулись в наш маленький домик на краю селения, где очаг всё ещё тлел, наполняя воздух уютом. Люсин заснула в моих объятиях, её дыхание было ровным, а Даррен смотрел на нас с такой нежностью, что моё сердце сжалось от счастья.

— Мы сделали это, Эйлин, — тихо сказал он. — Ты сделала это.

— Мы сделали это вместе, — ответила я, улыбнувшись. — И теперь у нас есть будущее.

В последующие дни я вернулась к своей мастерской. Глина, мягкая и податливая, снова стала моим утешением, моим способом говорить с миром. Но теперь мастерская стала чем-то большим — местом, где собирались люди всех кланов. Волки приносили травы и самоцветы, Драконы делились знаниями о огне, а люди Древа учились создавать сосуды, что хранили магию Эйру. Люсин, с её неиссякаемой энергией, бегала между столами, помогая мне месить глину, а Даррен, всегда рядом, вырезал спирали на готовых изделиях, его руки были такими же уверенными, как в бою.

Мастерская стала сердцем нового начала, местом, где рождались не только сосуды, но и песни, истории и надежды. Люди приходили, чтобы учиться, чтобы помнить, чтобы строить мир, который мы почти потеряли. И я знала, что, несмотря на все потери, я нашла своё место — здесь, среди тех, кого люблю, под Большой Луной, что теперь сияла яснее, чем когда-либо.