Книга Предначертанная. Часть 2, страница 244 – Шахназ Сайн

Поставив угощение на журнальный столик, Давлат заметил, как глаза Тамары мгновенно загорелись. Она чуть ли не сжала кулаки в нетерпении.

Давлат улыбнулся, но решил не показывать своих эмоций, как это старалась делать и Тамара. Однако у неё это получалось хуже.

— Приятного аппетита, – произнёс Давлат и, не желая мешать девушке, уселся за рабочий стол, открыв ноутбук. – Ты пока поешь, а я кое-что проверю, раз уж оказался здесь.

Тамара, ничего не ответив, потянулась к мороженому.

Во рту у неё оказался первый освежающий кусочек со вкусом фисташки, и её лицо преобразилось в истинном наслаждении. Тамара прикрыла глаза и издала лёгкий вздох облегчения. И если поначалу она немного стеснялась, то вскоре полностью отдалась удовольствию, уплетая десерт с невероятной скоростью. Всё было съедено за считаные минуты.

Давлат делал вид, что работал с документами, но его взгляд из-под ресниц то и дело проскальзывал в сторону Тамары.

— Спасибо, – проговорила Тамара, задумчиво поглядывая в сторону пахлавы. Её румяный притягательный вид начинал будоражить аппетит. – Это было безумно вкусно…

— Я рад. Думаю, пахлава тоже стоит твоего внимания.

Тамара пристальнее вгляделась в сладость, потом посмотрела на Давлата, который мгновенно перевёл взгляд на бумагу, которую держал в руке.

Тамара смущённо потянулась за первым кусочком пахлавы.

— А давно «Крепость» принадлежит тебе? – прервала она тишину.

— Прилично, – коротко ответил Давлат, когда их взгляды пересеклись. – Последнее время я часто здесь бываю, больше засиживаюсь в офисе. Всем управляют мои люди, и делают это довольно хорошо. Но контроль не помешает.

— Конечно, – тихо ответила Тамара и положила глаз на второй кусочек. Но вместо этого она взяла с подноса влажную салфетку, вытерла пальцы и потянулась к куртке.

— Холодно? Я включу кондиционер, – сказал Давлат, отложив бумагу.

— Нет, не надо.

Но его это не остановило. Давлат вытащил пульт из ящика стола и включил тёплый режим.

Тамара достала из маленькой сумочки телефон и взглянула на время – шёл десятый час. Затем она перевела взгляд на Давлата. Его лицо казалось слегка бледноватым и напряжённым.

Нарушив тишину, Тамара сказала то, что заставило Давлата быстро забыть о его делах.

— Я бы не посмела сделать аборт.

Давлат глубоко вздохнул, почувствовав, как по позвоночнику пробежали мурашки. Его лицо оставалось непроницаемым, но он в полной мере ощущал надломленное, почти сломленное состояние, которое много лет удавалось держать как можно подальше от себя.

Он чувствовал страх, и ему сложно было признаться себе в этом.

Давлат встал из-за стола и, обойдя его, сел рядом с Тамарой на диване, заняв почти всё свободное пространство. Его взгляд устремился на сцепленные в замок руки девушки, лежавшие на коленях, на её лице отражалась внутренняя борьба.

Голос, низкий и твёрдый, зазвучал в тишине:

— Я всегда верил в семью, в родственные узы, в любовь, о которой мне в детстве рассказывала мать. Но мой характер и неумение вовремя распознавать людей привели к тому, что меня сломали. И предали.

Давлат на секунду замолчал, прежде чем продолжить. Ему сложно было об этом говорить, и Тамара это видела.

— В юношеские годы я встречался с девушкой. Она была красивой, целеустремлённой, жила в роскоши, признавала только статус, деньги и хотела доказать своему единственному авторитету, отцу, что способна достичь всего сама. Её женская природа этому мешала. Как ты понимаешь, я говорю о Диле. – Давлат посмотрел Тамаре прямо в глаза. – Я тогда только поднимался на ноги, мне было двадцать шесть. Мы были вместе больше года. И я чувствовал, что по уши влюблён в неё. Настолько, что всерьёз подумывал о свадьбе. А потом я купил кольцо, чтобы сделать ей предложение.