Книга Предначертанная. Часть 2, страница 291 – Шахназ Сайн

Да, они стояли здесь явно не по собственному желанию и не из-за раскаяния за их озлобленность и несправедливость по отношению к женщине, которая была достойна лучшего.

Сюзанна едва заметно дрогнула. Её пальцы вцепились в стебли лилий так сильно, что сок из них выступил на кожу рук.

За спиной Миры раздался кашель – Ибрагим Асадович наблюдал за ними, его лицо было непроницаемо. Но в том, что он встал специально между Сюзанной и Дженком и могилой жены, читалась трагедия отца, разрывающегося между ненавистью и долгом.

Как они смеют? Как они смеют стоять здесь, когда ни разу за эти месяцы… Ни одного вопроса о её самочувствии, ни одной попытки подойти и поговорить, ничего человеческого и тёплого.

Разве так можно?

И, глядя на них, злость кричала в Мире из-за того, что такое возможно.

Внезапно завыл ветер, зашелестели листья на деревьях. Мира внутренне сжалась в комок, а потом почувствовала, как маленькая ручка Аиши в её ладони дёрнулась. Мысли, полные ярости, мгновенно стихли. Удивительно, как одно касание этой девочки влияло на её чувства.

Их взгляды пересеклись. Мира взяла девочку на руки.

— Бабушка всегда с нами, – прошептала Мира ей на ушко. – Хоть она и ушла далеко, но знай: там, на небе, рядом с твоей мамой, ей хорошо.

В глазах Аиши промелькнуло понимание. Она подняла личико и взглянула на голубое небо, на котором не было ни единого облака.

Вдруг Мира услышала тихий-тихий голос Аиши, прозвучавший прямо у её уха:

— Я скучаю по ней.

— И я очень скучаю.

Мира, уткнувшись в плечо девочки, глубоко вдохнула и позволила слезам успокоить душу.

Ратмир посмотрел на них. Он подошёл, молча забрал дочь в свои руки и притянул к себе Миру.

Она, уткнувшись в его грудь, не в силах сдерживать боль, громко заплакала, не имея ни капли сил, чтобы бороться с собой.

В этот день каждый из них потерял близкого, родного человека. И эта утрата отразилась не только на их лицах, но и в сердцах.

Мира остро чувствовала, что потеряла не просто женщину, которую полгода назад даже не знала. Она чувствовала, что потеряла по-настоящему родного человека. И эта боль причиняла ей неимоверные страдания.

В этот день они попрощались и возложили на две могилы белые цветы. Никто толком не произнёс ни слова – да они были ни к чему.

Когда пришло время уезжать, семья направилась по тропинке обратно к припаркованным у входа машинам. Сюзанна и Дженк пошли другой дорогой и вскоре исчезли из виду.

Аиша плелась рядом со взрослыми. На секунду она замедлила шаг и обернулась. Хоть они и отошли на приличное расстояние от ограды, за которой покоились мама с бабушкой, девочка вгляделась в сторону их могил. Её пухлые губы сложились в лёгкую улыбку, на щеках появились ямочки, а в серо-зелёных глазах отразилась детская радость.

Девочка заметила вдалеке лёгкое очертание двух женских фигур, облачённых в белое. От них исходило мягкое, едва заметное свечение.

И хоть Аиша никак не могла толком различить их лица, она своим маленьким детским сердцем чувствовала: мама и бабушка помахали ей. Не раздумывая, она махнула рукой им в ответ.

В следующую секунду видение исчезло, и улыбка на лице девочки угасла. Возле могил больше никого не было.

Братья Вавиловы вместе с Аишей уехали на одной машине, Мира с Ибрагимом Асадовичем, Ниной и Иваном – в другой.