Книга Песнь сердца и пепла, страница 188 – Анастасия Левальд

Морозный ветер бил в лицо, а тепло в груди вдруг обернулось жаром, заставляющим кровь кипеть. Тайро никогда раньше не сталкивался с этим чувством, и сейчас ему казалось, что вся сила фойтийцев принадлежала лишь ему одному, и, впервые ощутив ее, понял, что вся та магия, которой он владел ранее, была лишь частичкой, чем-то незначительным и слабым. И эта сила тянула его к древним истокам.

Из снежной пелены показалась тропа, ведущая по крутому склону к Хвостовому Пику, – месту, овеянному легендами и страхами. Говорили, что именно здесь, в храме Первого Дракона, зародился первый из них – прародитель, чье дыхание согрело мир и подарило ему жизнь. Тайро сделал решительный шаг вперед, преодолевая устрашающую силу снежной бури, наполненной осколками льда, хлеставшими по его лицу и телу.

Повсюду вокруг него лежали глубокие сугробы, сверкающие в редких проблесках закатного солнца. Здесь, на этих безмолвных Вершинах, мир словно замер, преисполненный мощной первозданной магией. Дыхание давалось с трудом, но сердце Тайро возрождалось, подвластное охватившей его силе, подгоняя вперед.

Прошлое, которое прежде причиняло страдания, теперь приобрело иное значение. Он чувствовал, как место, откуда он некогда бежал, теперь стало мощным источником. Каждый шаг по скользкой каменной тропе порождал в нем принятие и даже понимание самого себя и своей истории. Он мог бы подняться в воздух, пролететь этот путь, но что-то подсказывало, что эту дорогу необходимо пройти босыми ногами, ощущая пробирающий до костей холод, нестерпимый, но отрезвляющий. Ветер пел, будто живой, но Тайро слышал сквозь него тихое, неуловимое эхо зова дракона.

Зов вел его вперед, обжигающий, но манящий, как огонь, согревающий замерзшие руки. С каждым шагом Тайро чувствовал нарастающее единение с этим дремлющим местом, как будто леса и горы ждали его возвращения на протяжении многих лет. Наконец, когда он достиг Хвостового Пика, он остановился, но лишь на мгновение, чтобы охватить взглядом свою древнюю родину, простирающуюся внизу. Взгляд скользил по Фойтии, раскинувшейся перед ним будто на ладони. Тайро тепло улыбнулся. Отсюда, наблюдая на вымершим городом, покрывшимся толстым слоем снега, ему казалось, что он вернулся в прошлое. Разрушения, скелеты и брошенное оружие скрылись под снегом. Казалось, что народ просто спал в своих домах, а утром все станет таким, как прежде.

То, что когда-то рождало в сердце Тайро чувство утраты, теперь предстало в новом свете – дом никогда не оставлял его, он всегда жил в глубинах его души, ожидая, когда он познает свою истинную природу. Тайро чувствовал, как внутри него пробуждаются давно забытые чувства – не страх и горечь, а теплота и смирение. Он вдруг понял, что прошлое, какими бы мрачными ни были его страницы, не определяет его будущее. Этот мир, когда-то покинутый, ждал его возвращения, что было подобно пророчеству, которое наконец-то сбылось. Он глубоко вдохнул морозный воздух, а в груди зажегся огонь несгибаемой решимости. Он знал, что источник его силы не просто в желании помочь Авиле или в зове драконов, но и в его собственных корнях, в этом запредельном месте – его настоящей родине.

Тайро прошел через обледенелые приоткрытые врата и оказался перед алтарем прародителя драконов, высеченном прямо в узком Пике. Дверь из светлого камня изображала голову дракона. Такую же, как над троном его отца. Он четко помнил: его кровь – это ключ. Подойдя ближе, Тайро увидел небольшой кинжал и круглое отверстие рядом. Недолго думая, он взял и провел острым лезвием по своей ладони, оставляя красную, быстро наливающуюся кровью полосу, и после приложил ее к отверстию. Висящие на стенах факелы зажглись, а двери задрожали. Они пришли в движение и отворили дорогу к прародителю. Тайро отправился вперед через темный просторный зал. По мере его движения факелы по обе стороны от него зажигались, освещая растянувшиеся вверх и кажущиеся бесконечными стены. Тайро думалось, что их размер неестественен, учитывая, насколько узок был Пик снаружи.