Книга Песнь сердца и пепла, страница 202 – Анастасия Левальд

Авила прищурилась: она хотела считать каждую эмоцию на холодном и равнодушном лице, если Зен вдруг проявит ее. Она четко понимала, что если отец приложил руку к смерти матери, то генерал об этом знает. Он – личный палач Властителя. Он убивал неугодных, выполнял всю грязную работу, скрываясь под черной маской слуги смерти, когда нужно было решить вопрос быстро и тихо. Авила задрожала от паузы, давящей на плечи.

— Зачем тебе это знать? – прищурился он. – Нечем больше потрепать себе нервы? – По выражению его лица, холодному, но в то же время ироничному, она видела, что он не хотел продолжать этот разговор.

— Сегодня свадьба, – Авила усмехнулась, заметив, как дрогнул Зен и чуть подался вперед, – а ты все еще не сделал мне подарок.

— Я так понимаю, если я расскажу, то ты не станешь сопротивляться?

— Да, – с дрожью в голосе ответила Авила. Дыхание участилось, она и сама не понимала, что говорит, но знала точно: больше у нее не будет возможности узнать правду. А дальше придется действовать по ситуации.

— Хорошо, – усмехнулся генерал. – Об этом должны были знать лишь мы с Флавием. Даже Атрей был не в курсе. Но, видимо, Властитель на старости лет решил ляпнуть тебе лишнего.

— Атрей не знал? – удивилась Авила. Атрей – правая рука отца, сложно было представить, что он о чем-то не знал. – И о чем же? – Понимание появлялось, но Авила до последнего не желала в это верить.

— Флавий приказал мне убить твою мать за измену, – холодно проговорил Зен, не сводя с нее взгляда. – Она намеревалась убить Флавия и занять его трон. Он об этом узнал.

— Нет, ей никогда не нужен был трон, она была верна отцу.

По щекам Авилы скатилось несколько слез, которые она не смогла сдержать.

— Ее предательство было доказано.

— Яд? – спросила Авила, прикусив дрожащую губу.

— Да, она приняла его из моих рук.

Выражение лица Зена не менялось. Он стоял и наблюдал за тем, как Авила тихо роняла слезы, пытаясь успокоиться. Последняя надежда на человечность ее отца рухнула, оставив после себя болящую глубокую рану. Внутри все сжалось, не давая свободно дышать, воздуха резко стало не хватать, в глазах потемнело, а ноги предательски обмякли.

— Я же сказал, – подходя ближе, говорил Зен, – не нужна тебе эта информация. – Он поднял руку и медленным движением, еле касаясь щеки Авилы, утер ей очередную слезу.

Авила отстранилась, попыталась сделать глубокий вдох и найти, за что ухватиться, чтобы не упасть на пол, но поблизости ничего не было. Ноги подкосило, и она уже была готова встретиться с полом. От падения ее спас Зен. Генерал придержал Авилу за плечи и слегка прижал к себе. Отвращение заставило ее содрогнуться, будто вместо поддержки она получила грубую пощечину. Авила тут же взяла себя в руки и, уверенно встав на ноги, развернулась спиной к нему.

— Пойдем, – вдруг сказал он. – Нянчиться с твоими капризами я точно не буду. Пора бы тебе повзрослеть и принять реальность.

Авила прикусила губу и повернулась.

Зен не стал дожидаться ответа и прошел к двери, а после один раз глухо ударил по ней, оповещая стражей снаружи. Он повернулся вполоборота. Авила все четче понимала, что сейчас ей нужно рассчитывать только на себя – она надеялась, что Зен лжет: Тайро, Зара, Дарион и Атрей с Юфеймиосом живы. Если это так, это спасет ее душу, но сейчас она должна спасти себя сама. Авила дала себе обещание – эти слезы по матери станут ее последними. Впредь она не позволит себе слабости. Генерал ждал от нее выполнения уговора – она должна была сейчас пройти вместе с ним к алтарю и принести клятву верности. Забавно. Авила усмехнулась и сделала еще шаг. Когда отец объявил ей о решении выдать замуж за принца Оружейного царства, она с уверенностью заявляла сама себе, что умрет в тот же день, а сейчас сама согласилась на это? Согласилась выйти за того, на кого бы никогда не посмотрела. По телу пробежал холод, и она вспомнила Тайро. Казалось, будто все время с ним проводила не она, а совсем другой человек, чью боль ей теперь приходилось ощущать внутри.