Книга Сияние вечного пламени, страница 130 – Пенн Коул

— Спасибо, – невозмутимо отозвался Теллер. – Но я тоже не умею танцевать.

Вздохнув, одну ладонь я вложила в ладонь Лили, другую устроила у нее на плече, а Лили держала свободную руку у меня на бедре.

Она улыбнулась своей обычной сияющей улыбкой, в которой я на миг увидела ее брата – тот лучик радости, который он позволил мне разглядеть, прежде чем наша вчерашняя ссора загнала его обратно в тени. Сердце болезненно екнуло.

Лили отсчитывала ритм, я двигалась вместе с ней – мы кружили по подземной тюрьме.

Лили в длинном платье сливового цвета безупречно играла роль партнера-мужчины, а я, одетая в тунику и бриджи для своей первой тренировки, спотыкалась на женских шагах.

— Читай мне вслух свои записи, – попросила я, в сотый раз наступив Лили на ногу. – Мне нужно на что-то отвлекаться.

Теллер перебрал свои листочки. Из-за похорон и бала у них в академии отменили занятия, и, вопреки моим настоятельным просьбам держаться от меня подальше, тем утром Теллер уговорил Лили провести его во дворец, чтобы передать мне собранную информацию.

— Я говорил, что из Двадцати Домов реальной властью обладают пять: Дома Корбуа, Бенеттов, Гановерров, Тенье и Амро. Если эти пять Домов приходят к соглашению, остальные всегда к ним присоединяются.

— А в дружелюбном отношении к смертным хоть один из этих Домов замечен?

— Замечен. Это Дом Корбуа.

Я взвизгнула, едва не врезавшись в каменную колонну:

— Правда?

Лили гордо кивнула и добавила:

— После Кровавой войны несколько Домов хотели изгнать смертных, а Дом Корбуа хотел объявить амнистию и двигаться вперед. Они предложили компромиссные законы, которые действуют сейчас.

— А какой Дом больше всех ненавидит смертных? – спросила я.

— Однозначно Дом Гановерр. – Судя по едким ноткам в голосе, Теллер лично сталкивался с их предвзятым мнением, и сочувственный взгляд, который бросила на него Лили, только подтвердил мою догадку.

— Неудивительно, что Элеана возненавидела меня с первого взгляда, – пробормотала я.

Улыбку Лили исказило что-то дьявольское.

— По словам Лютера, вчера за ужином ты поставила Элеану на место.

— Что? – Я пыталась изобразить безразличие, хотя вялые попытки удержать вертикальное положение мешали сосредоточиться.

— Вчера вечером Лютер прятался от Элеаны у меня в комнате. Она, как обычно, гонялась за ним по всему дворцу.

Значит, с ужина Лютер ушел не вместе с Элеаной.

Я виновато потупилась:

— Он что-нибудь еще сказал?

— Сказал, что еще никто на его памяти так здо́рово с нашей семьей не справлялся. Сказал, что ты рождена, чтобы быть королевой.

Колени подогнулись, ноги запутались в юбках Лили – я рухнула на пол, головой ударившись о каменную плитку, и спину мне пронзила острая боль.

Лили охнула и опустилась рядом со мной на колени:

— Ты ушиблась?

Я посмотрела в потолок и застонала:

— Я трачу время, беспокоясь об Оспаривании, а убьют меня бальные танцы.

Теллер подскочил ко мне, не удосужившись скрыть непристойную радость оттого, что я опростоволосилась у него на глазах.

Какая приличная старшая сестра позволит братишке такое?

Теллер с Лили помогли мне встать, и я осторожно потерла ушибленное место на затылке:

— Мне нужен перерыв. Теллер, потанцуй с Лили вместо меня.

Самодовольство Теллера как ветром сдуло.

— Я? Нет. Я не могу… Не умею…