Книга Сияние вечного пламени, страница 60 – Пенн Коул

Почему же мне вдруг захотелось отыграть назад?

Генри схватил тунику и натянул через голову. Лютер сосредоточенно следил за каждым его движением.

Я вспомнила нож, скрытый у Генри за поясом, и убийственную ненависть, плескавшуюся у него в глазах, когда мы шли по коридору. Эта встреча легко могла превратиться в бойню.

Я взяла Генри за руку.

— Я провожу тебя, – предложила я с обманчивым спокойствием.

— Не советую так делать. – Отрывистые слова Лютера прозвучали без всякого выражения. На меня смотреть он по-прежнему отказывался. – Один из стражей видел, как вы сюда вошли. Он ждет за дверью, чтобы выпроводить мистера Олбанона из дворца.

Жутко стало от небрежной фамильярности, с какой Лютер произнес имя Генри. Я так беспокоилась о том, чтобы уговорить его не убить Лютера, но вдруг их ненависть взаимна? Если Лютер запомнил Генри в день, когда убил того парнишку, не захочет ли он навредить ему, чтобы скрыть тот инцидент?

Я осторожно встала меж двумя мужчинами.

— Этому стражу можно доверять? Если с Генри что-то случится… – предупредила я, не договорив.

Ледяной взгляд Лютера наконец упал на меня, и по спине у меня побежал холодок.

— Ничего с ним не случится.

Сделав глубокий вдох, я повернулась к Генри.

— Тебе пора идти, – проговорила я с мягкой настойчивостью.

Его глаза метали молнии.

— Почему это я должен уходить? Я ваш будущий король. Они должны подчиняться нам!

Спина Лютера напряглась с таким усилием, что я почти услышала, как под бронзовой кожей хрустят крепкие, как сталь, кости.

— Генри, пожалуйста! – взмолилась я. – Давай я сперва кое-что улажу. Я пришлю тебе весточку, как только смогу.

Генри чуть не зарычал от досады, но нахмурился и уступил, двинувшись к выходу. Я так и стояла между ним и Лютером.

Я потянулась к пальцам Генри, желая в последний раз ощутить знакомое прикосновение его кожи, но он отдернул руку. Не удосужившись оглянуться, Генри свернул за угол за ждущим его стражем и исчез из вида.

Я смотрела на коридор, до сих пор ощущая ладони Генри у меня на бедрах. Губы припухли от его поцелуев. Но сейчас, без близости его теплого тела, я чувствовала…

Смятение. Неуверенность.

Тяжелый взгляд Лютера только усугублял мое состояние. Я даже оглянуться не отваживалась, чтобы не видеть осуждение в его глазах.

— Любые свои мысли держи при себе, – огрызнулась я. – Не желаю их слышать!

— Тебе нужно их услышать.

— Моя личная жизнь тебя не касается.

— Ты королева Люмноса. Твоя личная жизнь касается всего королевства.

Я стиснула зубы так, что они протестующе заскрипели.

— И меня она касается с тех пор, как ты меня…

— Я не целовала тебя, – прошипела я, поворачиваясь к нему лицом. – Это ты меня поцеловал. Может, я не оттолкнула тебя так быстро, как следовало, но это…

— …не то, что я собирался сказать, – перебил Лютер. – Это касается меня с тех пор, как ты попросила меня позаботиться, чтобы Эмонн не болтал о Генри.

Мои щеки залились краской.

— Но смею заверить, моя королева, когда я впрямь поцелую тебя, никаких сомнений не будет. Ты поймешь, что я тебя добился, и у меня не будет желания это отрицать.

Я залилась краской с ног до головы и нервно сглотнула. Я не упустила то, какие слова подобрал Лютер. Ни «если я тебя поцелую». Ни «если вдруг случится так, что я тебя поцелую».