Книга Развод с драконом. Пансион для проклятых наследниц, страница 101 – Лилия Карниенко

Не как память о страхе.

Как начало списка, который будет расти.

Гостей было много.

Но теперь Виона не чувствовала себя выставленной на суд.

Имперский суд прислал своего представителя. Малые дома — свидетелей. Великие роды — тех, кому хватило ума прийти лично и склонить головы. Совет драконов явился новым составом, без Вейра, без Морна и без прежнего высокомерного блеска. Орт Гленн пришёл тоже, уже не как старейшина, а как свидетель, лишённый части полномочий до конца расследований.

Он стоял в стороне.

Мира заметила его.

Не подошла.

И это было её право.

В центре зала стоял длинный стол.

На нём — родовые кольца.

Не брачные.

Не ошейники.

Не знаки передачи.

Кольца признания наследниц с правом выбора.

Каждое отличалось. Илсе — тёмное серебро с тонкой линией крыла Рой. Лире — кольцо Торн с маленькой пустой выемкой для памяти, которую она сама однажды заполнит. Ноле — лёгкое кольцо Висс, переданное представителем рода лично и с таким волнением, что Нола потом сказала: «Он боялся больше меня, но держался приемлемо». Санe и Тише — парные кольца, похожие, но не одинаковые. Марте — кольцо без отцовской печати, с её собственной синей меткой. Пелле — первое признанное кольцо дома, который когда-то от неё отказался и теперь публично отменил отказ.

Эйре кольцо не дали.

По её выбору.

Ей вручили тонкий серебряный шнурок с пустым креплением.

— Когда захочу, тогда будет знак, — сказала она.

Представитель суда записал это очень осторожно.

Мира получила кольцо последней.

Не от рода.

От дома.

Его вынесли из северного крыла в синей коробке Астрид. Серебряное, простое, с крылом без цепи и маленькой звездой внутри круга.

Мира надела его сама.

Не на палец собственности.

На палец выбора.

Когда кольцо коснулось кожи, Дом Первого полёта зазвенел всеми окнами.

Лира шепнула:

— Очень скромно.

Мира улыбнулась.

— Мне нравится.

Потом представитель нового Совета вышел вперёд.

Высокая женщина по имени Севина Ральт, которую избрали временной главой после ареста Вейра, не обладала мягкими глазами. И это Вионе нравилось. Она выглядела как человек, который предпочитает неудобную правду удобной лжи.

Севина остановилась перед девочками и склонила голову.

Не символически.

По-настоящему.

— От имени Совета драконов, обновлённого решением имперского суда, я приношу официальные извинения Дому Первого полёта, его наследницам, попечительнице Вионе Сайрен, наставнице Агате Вирс и всем, чьи имена были скрыты, искажены или лишены права звучать.

В зале было тихо.

Девочки слушали.

Каждая по-своему.

Илса — с жёстким лицом.

Лира — с подозрением.

Нола — так, будто оценивала качество речи.

Мира — спокойно.

— Извинения не отменяют вреда, — продолжила Севина. — Поэтому Совет подтверждает: Мориан Вейр лишён титула, места в Совете и права голоса. Все решения, подписанные им по делам Дома Первого полёта, пересматриваются. Старые ограничения наследниц отменяются до повторного судебного рассмотрения. Ни одна воспитанница этого дома не может быть передана роду без собственного согласия, решения попечительницы и подтверждения имперского суда.

Грай, стоявший у стола писарей, записывал быстро.

Лира заглянула через плечо и сказала:

— Хорошо пишете. Почти красиво.

— Спасибо, — устало ответил он.

После колец вынесли старые документы.