Книга Развод с драконом. Пансион для проклятых наследниц, страница 19 – Лилия Карниенко

— Можно я закрою папку? — спросила Виона.

Мира перевела взгляд на дело.

— Нет.

Одно слово.

Тихое.

Но за ним была такая паника, что Виона убрала руку.

— Почему?

— Если закроете, оно снова станет чужим.

Виона медленно опустилась обратно в кресло.

— А открытым оно чьё?

Мира молчала долго.

Слишком долго для ребёнка.

Потом сказала:

— Ничьё.

Виона почувствовала, как внутри что-то сжалось.

Ничьё дело.

Ничья девочка.

Без фамилии. Без рода. Без даты рождения. Без права выйти за ворота. Без права посмотреть в зеркало.

— Мира, — произнесла Виона как можно мягче, — ты знаешь, чей это знак?

Девочка посмотрела на чёрный воск.

На этот раз не испуганно.

Зло.

Виона впервые увидела на её лице эмоцию, похожую на живое пламя.

— Ложный.

Агата вздрогнула.

Рен тихо выругался.

— Ты уверена? — спросила Виона.

Мира кивнула.

— Откуда ты знаешь?

Девочка замкнулась мгновенно.

Словно на лице захлопнулись ставни.

— Не знаю.

— Только что ты сказала…

— Я не знаю.

Голос стал глухим.

Опасным.

Виона подняла ладонь, останавливая не её — себя. Ещё вопрос, и Мира убежит. Или случится что-то хуже.

— Хорошо. Ты не знаешь.

— Виона, — тихо сказала Агата, — нам нужно увести её от архива.

— Почему?

— Потому что здесь слишком много имён.

Эта фраза не понравилась Вионе.

Совсем.

— Имена опасны?

Мира вдруг рассмеялась.

Коротко.

Без радости.

— Для тех, у кого их нет, — сказала она.

После этих слов воздух в архиве стал плотнее.

Фонарь дрогнул.

Нет, не фонарь.

Пламя внутри него вытянулось тонкой серебряной иглой.

Виона не успела испугаться.

Мира резко отступила, задела плечом дверь и повернулась к коридору. Шаль сползла с её плеча. Серебряные волосы откинулись назад.

И Виона увидела на шее девочки тонкую линию.

Не украшение.

Знак.

Почти незаметный под кожей, как след от света: маленькое крыло, сложенное в круг.

Оно вспыхнуло и погасло.

Агата бросилась к девочке.

— Не смотри на неё! — резко сказал Рен.

Виона не сразу поняла, кому он приказал.

Ей.

Не смотреть на Миру?

Или Мире — не смотреть на зеркало?

Поздно.

Из коридора, от поворота, где висело прикрытое зеркало, раздался тонкий треск.

Мира замерла.

Виона увидела, как девочка медленно повернула голову.

Ткань на зеркале действительно сползла. Совсем немного. В узкой щели отражался свет фонаря, край стены и маленькая часть лица Миры.

Одного глаза хватило.

Серебряный глаз в отражении стал не глазом.

Окном.

Виона отшатнулась.

Не потому, что увидела чудовище.

Потому что на миг в зеркале отразилась не Мира.

Другая девочка.

Младше. В белой рубашке. С теми же серебряными глазами. С распущенными волосами. Она стояла в огромном зале с чёрным полом, а вокруг неё горели двенадцать знаков великих родов.

Один из знаков был Арден.

Но не нынешний.

Старый.

Тот самый, с чёрного воска.

Мира вскрикнула.

Ткань на её перчатке лопнула по шву.

Не вся.

Только на правой руке.

Но этого хватило.

Из-под тёмной ткани вырвался серебряный свет.

Он не бил пламенем. Не жёг. Не разрушал.

Он раскрылся.

Как крыло.

Тонкие линии прошли от запястья к пальцам, вспыхнули на коже, поднялись выше, к локтю, к плечу, к шее. Знак на горле Миры ожил, развернулся, стал сложным узором: крыло внутри круга, круг внутри звезды, звезда в кольце из древних букв, которых Виона не знала, но почему-то чувствовала их смысл.