Книга Фейридейл, страница 248 – Вероника Ланцет

— Сладко. – Амон делает паузу, и его губы растягиваются в улыбке. – Почему-то его вкус напоминает мне твой, – протяжно добавляет он.

Вот наглец!

— Ну и льстец же ты, – шутливо отмахиваюсь я, хотя мои щеки заливает румянец.

Его глаза сверкают, пока он делает еще один глоток, на этот раз большой.

Но когда ставит чашку на стол, я не могу сдержать смешок.

— Что? – спрашивает он, и его лицо внезапно становится серьезным.

Но это лишь смешит меня еще больше. Темные пятна от какао на его бледной коже напоминают усы. А когда он поджимает губы, эти «усы» начинают шевелиться.

— В чем дело? – повторяет он, совершенно сбитый с толку.

Едва сдерживая смех, встаю и с улыбкой направляюсь к нему. Когда я приблежаюсь, Амон отодвигает стол и предлагает сесть к нему на колени, что я с удовольствием и делаю, обвивая его шею руками.

— В чем причина твоего веселья, жена? – спрашивает он низким, хрипловатым голосом, от которого у меня внутри все трепещет.

Бросив на него озорной взгляд, я подаюсь вперед и слизываю остатки какао.

Он замирает, позволяя мне очищать его языком.

Немного отстранившись, я заглядываю ему в глаза и даже не удивляюсь, когда вижу в них пляшущие красные и черные всполохи – они появляются, когда его эмоции выходят из-под контроля.

У меня вырывается тихий вздох, и я крепче прижимаюсь к нему. Чувствую, как его твердость упирается мне в ягодицы, а исходящий от Амона жар угрожает вот-вот погубить меня.

Заметив, что он готов наброситься на меня, я ловко спрыгиваю с его колен, возвращаюсь на свое место, беру колоду карт и начинаю ее тасовать.

Амон сверлит меня взглядом, и атмосфера между нами накаляется, а воздух становится все горячее.

— Давай сыграем, – предлагаю я, прерывисто дыша.

Облизнув губы, я ощущаю на языке сладость какао и тот специфический вкус, который может принадлежать только Амону.

— Вот. – Я придвигаю к нему карты, замечая, что он ничего не говорит и просто внимательно наблюдает за мной. Затем беру свои, изо всех сил стараясь сосредоточиться на игре.

Мы женаты вот уже четыре года, он обладал мной всеми возможными способами, но каждый раз, оставшись наедине, я чувствую себя так, словно все это происходит впервые.

Я никогда не возлагала больших надежд на семейную жизнь. Особенно после ужасного примера родителей. Но я никогда не представляла себя замужем за ним – за моим Амоном. И, конечно, никогда бы не поверила, что муж может быть таким любящим, внимательным и милым, как он.

Он медленно забирает свои карты со стола и, мельком взглянув на них, снова встречается со мной взглядом. Его радужки абсолютно черные.

Я пытаюсь сосредоточиться на своих картах, но тут слышу, как он шепчет всего одно слово:

— Беги.

Я распахиваю глаза и смотрю на него, понимая, что он вот-вот сорвется с места.

Резко отодвинув стул, я сбрасываю одеяло и бегом бросаюсь в галерею, чтобы затеряться среди множества скульптур.

Амон даже не напрягается и следует за мной медленным, неторопливым шагом. Его губы растянуты в хищной улыбке, а зубы опасно поблескивают.

Мой пульс учащается, когда я чувствую, как его энергия окутывает все вокруг.

Со своими способностями он мог бы найти меня за секунду. Но смысл нашей игры не в этом. Все дело в трепете и постепенном нарастании предвкушения, которое уже бурлит в моих венах.