Книга Фейридейл, страница 318 – Вероника Ланцет

Хелена смотрит на меня скептическим взглядом, пока я не уверяю ее, что это для секретного ритуала.

Поскольку именно она присматривала за секретной комнатой на втором этаже, я полагаю, что она знакома с колдовскими практиками Авеля.

И как только я упоминаю об этом, она наконец смягчается.

— Он доверяет вам выбрать все самое лучшее, Хелена. Пожалуйста, не разочаруйте нас.

— Конечно, нет. Мистер Николсон знает, что на меня можно положиться, – отвечает она и быстро надевает пальто и шляпу. Схватив сумочку, выходит за дверь.

Так Хелена не пострадает в нашем предстоящем столкновении.

Я выжидаю еще несколько мгновений, прежде чем вернуться в гостиную.

— Ваш муж рассказывал мне, как вы двое познакомились. Весьма занятно, что вы никому не сообщили о том, что вышли замуж. И мистер Воан не нашел никаких записей о заключении брака.

— Зачем ему это? – Я приподнимаю бровь.

— Потому что он, разумеется, навел о вас справки. На кону стоят немалые деньги, и любая девушка может притвориться давно потерянной дочерью Лео, не так ли? – Он натянуто улыбается.

— Само собой. Он должен был все тщательно проверить.

Я возвращаюсь на свое место, и Амон тут же берет меня за руку, согревая своим теплом и давая понять, что он рядом. Именно он предложил вести разговор мне – чтобы сыграть на любом возможном чувстве вины Авеля.

— Что ж, расскажи поподробнее об этом сне. Что еще ты видела? Как выглядел молодой человек? Ты рассказала о нем Рианнон? – Шквал вопросов застает нас врасплох.

Но один из них особенно выделяется.

Рассказала ли я Рианнон.

Почему его так волнует, узнает Рианнон или нет?

— Я хотела, но она ужасно занята с гостями. А что? Думаете, мой сон что-нибудь значит?

— Нет, конечно нет. Всем доподлинно известно, что Амон убил Элизабет и их детей. Это было просто ужасно. Он изнасиловал, а потом убил ее. Уверен, во сне ты видела именно Амона, – кивает Авель самому себе.

— Правда? – Я хмурюсь.

Как он узнал об ошибочной версии коллективной памяти, которая выставляет Амона убийцей?

— Но я ничего подобного не видела, – возражаю я. – Никто не насиловал Элизабет. Ее зарезали.

— Уверен, ты ошибаешься, Дарси.

— Но откуда вам знать?

— Да всем это известно. Информация есть в архивах ковена.

Я подозрительно прищуриваюсь, глядя на него, и Амон сжимает мою руку, напоминая, чтобы я не позволяла эмоциям взять надо мной верх.

Но вопрос по-прежнему остается открытым. Откуда ему известно о версии ковена, если он в нем не состоит?

— Мне говорили, что у Амона были длинные белоснежные волосы. Но у того мужчины из сна они были совершенно другие. Короткие и темные.

— Вот как? – неловко бормочет Авель. – Уверен, это просто дурной сон, Дарси. Не стоит беспокоить Рианнон из-за такой ерунды, – с нажимом добавляет он.

Бог ты мой! А не он ли, случайно, подменил видение из архива? Иначе с чего бы ему так бояться, что кто-нибудь узнает мою версию?

— И есть еще кое-что, – говорю я, едва сдерживая улыбку при виде того, как он ерзает на месте.

— Еще? – шепчет Авель, и его глаза расширяются.

— Элизабет называла убийцу «сыном».

Авель потрясенно смотрит на меня, лишившись дара речи.

— Думаю, тебе пора уходить, Дарси, – внезапно говорит он, вскакивая на ноги и хватаясь за трость. – Я совсем забыл, что на сегодня у меня назначена встреча и Хелена должна была…