Книга Фейридейл, страница 360 – Вероника Ланцет

Учитывая, как много энергии он тратит каждый день, неудивительно, что ему требуется много еды.

— Надеюсь, ты ешь, когда меня нет рядом, – говорю я, наполняя две тарелки тушеным мясом. На отдельном подносе я нарезаю кусочки мяса и раскладываю их в один ряд. – Иди сюда.

Одарив меня умопомрачительной улыбкой, Амон садится рядом.

— Ем, если только не забываю. Но зверский, почти нестерпимый голод живо напоминает об этом, – смеется он.

— В последнее время у тебя было много забот.

Он что-то ворчит.

Прошло четыре дня после инцидента с Хансом и Андреа. И хотя все прошло успешно, у Амона возникли проблемы с поиском Аристола. Расправившись с Хансом и Андреа, мы тут же принялись искать его в бальном зале, но Амон посчитал, что тот почуял слежку и сбежал.

Однако его беспокоит не только это.

Он столкнулся с несколькими препятствиями, когда попытался объединить преданных ему людей и создать собственную армию. Некоторые из лейтенантов, на чью поддержку он очень рассчитывал, отвернулись от него. В лучшем случае они заявляли, что не хотят вмешиваться, поскольку им нужно думать о собственных семьях. В худшем – поднимали тревогу, так что он снова спасался от погони ищеек – особого подразделения армии, которое выслеживает людей, представляющих интерес для империи.

Их навыки настолько отточены, что Амону пришлось исколесить полмира, чтобы оторваться от них.

— Ты ранен? – тихо спрашиваю я, видя, с каким аппетитом он ест.

Его способности поистине выдающиеся, но он никогда прежде не пользовался силой Рейва – и вряд ли начнет сейчас, когда ему нужно заслужить одобрение людей, а не их ненависть. В этом отношении мы очень похожи, поскольку оба являемся чужаками – теми, кого многие назвали бы неведомой тварью.

Но даже зная, что он прирожденный воин и безупречно владеет мечом, я не могу не беспокоиться. В конце концов, он намеренно сдерживает себя, чтобы скрыть свое настоящее происхождение.

— Не серьезнее, чем обычно, – пожимает Амон плечами. – После сна я буду в порядке.

— Но сначала позволь мне тебя подлечить, – строго говорю я. – Когда поешь и примешь ванну, я приду в спальню и осмотрю твои раны. Потом сможешь уснуть.

Он снова что-то ворчит.

Я вижу, что силы Амона на исходе. Его лицо бледнее обычного. И к тому же он молчалив, хотя часто поддразнивал меня по тому или иному поводу.

Мы ужинаем в тишине. Затем Амон поднимается наверх принять ванну, а я собираю растения, пестик, ступку и несколько чистых тряпок, чтобы использовать их в качестве бинтов.

Немногим позже я вхожу в комнату и замечаю, что он сидит на краю кровати, одетый только в свободные штаны.

Его обнаженный торс покрыт порезами и синяками, и из некоторых еще сочится кровь.

— Ты сказал, ничего серьезного, – мягко упрекаю я, подходя ближе и внимательно рассматривая его.

— Мне не больно, – пожимает он плечами.

— Может, и нет, но мне больно видеть тебя в таком состоянии, – бормочу я.

Его глаза расширяются, и он на мгновение замолкает, наблюдая, как я наношу растительную пасту на его глубокие раны и немного бальзама на синяки.

— Об этом я не подумал. Прости меня, – тихо говорит он. – С этого момента я постараюсь не попадать в передряги.

— Ты… – Я отстраняюсь и смотрю на него в замешательстве. – Вот так просто? Если я попрошу тебя беречь себя, ты послушаешься?