Книга Фейридейл, страница 81 – Вероника Ланцет

От его низкого голоса у меня по спине бегут мурашки, и я тяжело сглатываю. В следующее мгновение он случайно задевает мою руку, облаченную в тонкую перчатку. И хотя наша кожа не соприкасается, я все равно ощущаю мощный импульс. Он настолько силен, что я невольно поворачиваюсь и встречаюсь с ним взглядом, чувствуя, как наше дыхание сливается воедино.

На мгновение, одно короткое мгновение, время будто останавливается.

Люди вокруг исчезают, и в комнате никого не остается – только мы вдвоем, утонувшие в глазах друг друга. Воздух гудит от напряжения, а гроза снаружи гремит в унисон буре, зарождающейся у меня в груди.

Он так близко, но в то же время очень далеко. Мне ужасно хочется прикоснуться к нему, но я знаю, что не должна этого делать.

— Элизабет!

Чары между нами рассеиваются, когда мама подходит, бросает убийственный взгляд на Амона и утаскивает меня подальше от фуршетного стола.

— Больше не разговаривай с ним, – приказывает она. – Я не хочу, чтобы ты когда-нибудь снова с ним разговаривала.

Непреклонность в ее голосе шокирует меня. Никогда раньше не видела, чтобы она вела себя с кем-то подобным образом.

— Но почему? – хмурюсь я. – Он друг ее светлости.

— У него плохая репутация, Элизабет. Хуже и представить невозможно, поэтому я запрещаю тебе с ним общаться. – Мама стискивает зубы. А когда оборачивается на Амона и видит, что тот смотрит на меня с неприкрытым голодом в глазах, ее раздражение только возрастает. – Возвращайся в свою комнату. И завтра тоже оставайся там. Я придумаю оправдание для ее светлости… – продолжает она, а я ловлю себя на том, что поглядываю на Амона и его знающую улыбку.

Подмигнув мне напоследок, он поворачивается и выходит из салона. Верный своему слову, он больше ни с кем не общается.

— Ты слушаешь меня, Элизабет? – огрызается мама.

— Конечно, – киваю я. – Ты сказала больше с ним не разговаривать.

— Верно. Это для твоего же блага, дорогая. Он тебе не пара. – Она натянуто улыбается, а потом отправляет меня обратно в комнату.

Задумчиво шагая по коридору, я даже не замечаю, как дверь справа от меня открывается, а чья-то рука хватает меня за запястье и тянет внутрь.

Я уже собираюсь закричать, но тут оказываюсь лицом к лицу с Амоном.

— Что…

— Через два дня будет бал, – шепчет он. Мы стоим так близко, что мне приходится вытягивать шею, чтобы смотреть ему в глаза. – Приходи.

— Не могу, – выдыхаю я. – Мне нельзя, а мама никогда этого не позволит, – объясняю я, разочарованная упущенной возможностью.

Несмотря на то что немного опасаюсь Амона из-за его внезапного исчезновения и предупреждения матери, я не могу игнорировать зародившееся в душе чувство – необъяснимое желание быть рядом с ним. Всегда.

Весь прошлый год я думала о нем, и как бы мне ни не хотелось в этом признаваться даже себе, он покорил мое сердце всего за одно короткое знакомство.

Я хочу танцевать с ним, хочу касаться и чувствовать его дыхание на коже, хочу слушать его шепот, ласкающий мое ухо.

Просто… хочу.

— И ты это получишь, моя Лиззи. У тебя будет все, – как всегда загадками, говорит он. – Это будет бал-маскарад. Я убедил герцогиню устроить его. Так ты сможешь присутствовать, и никто ничего не узнает.

— Но как? Мне нечего надеть и…

— Не переживай о платье. Коробку принесут прямо в твою комнату. В ней ты найдешь все, что может тебе понадобиться, – улыбается Амон, изучая мое лицо таким взглядом, словно мы не виделись целую вечность.