Книга Вампир из соседнего офиса, страница 78 – Екатерина Мордвинцева

— Нет, — прошептала я. — Нет, я не хочу.

— Я знаю. — Он целовал мое лицо, волосы, губы. — Я знаю, любимая. Я тоже не хочу.

— Должен быть способ.

— Нет. — В его голосе звучало отчаяние. — Серебро — это смерть для нас. Раны не заживают, кровь не останавливается. Я не могу... я не могу спасти тебя.

Я чувствовала, как силы уходят. Как тело становится чужим, тяжелым, неживым. Как тускнеет зрение, как звуки отдаляются.

— Игорь, — прошептала я. — Я боюсь.

— Я рядом, — он сжимал мои руки. — Я рядом, слышишь? Я не уйду.

— Обещаешь?

— Обещаю. — Он плакал — я чувствовала его слезы на своей щеке. — Я всегда буду рядом. Даже после.

— Не хочу после, — прошептала я. — Хочу с тобой.

— Юля...

— Игорь, — я собрала последние силы, чтобы посмотреть ему в глаза. — Ты можешь обратить меня.

Он замер.

— Что?

— Обрати меня, — повторила я. — Сейчас. Пока я не умерла.

— Юля, это невозможно. Ты слишком слаба. Ты не переживешь обращение.

— А если переживу?

— Юля...

— Другого выхода нет. — Я сжала его руку — сил почти не осталось. — Или я умру сейчас, или попробую. Пожалуйста.

Он смотрел на меня. В его глазах бушевала буря — страх, надежда, любовь, отчаяние.

— Ты понимаешь, что просишь? — спросил он хрипло. — Обращение — это больно. Очень больно. Ты можешь не выдержать.

— А если выдержу?

— Тогда ты станешь одной из нас. Навсегда. Без права на возврат.

— Я знаю.

— Ты никогда больше не увидишь солнца.

— Знаю.

— Не съешь шоколад, не выпьешь кофе, не посидишь с Катей.

— Знаю.

— Юля... — Он заплакал. — Я не хочу терять тебя. Но я боюсь сделать тебе больно.

— Не больнее, чем смерть. — Я улыбнулась — слабо, едва заметно. — Я верю тебе. Делай.

Он смотрел на меня долго, очень долго. Потом кивнул.

— Хорошо. — Он наклонился, поцеловал меня в лоб. — Я сделаю это. Но ты должна держаться. Должна бороться. Слышишь?

— Слышу.

— Я люблю тебя, Юля. Больше жизни.

— Я знаю. — Я закрыла глаза. — Я тоже тебя люблю. Делай.

Он взял мое лицо в ладони. Я чувствовала его дыхание — холодное, прерывистое. Чувствовала, как клыки касаются шеи.

— Прости меня, — прошептал он. — Прости за все.

И укусил.

Боль была невыносимой. Хуже, чем от ран, хуже, чем от удара. Она разрывала тело на части, жгла изнутри, выворачивала наизнанку. Я закричала — но крик застрял в горле. Я билась в его руках, но он держал крепко.

— Терпи, — шептал он между глотками. — Терпи, любимая. Я с тобой.

Я теряла сознание. Проваливалась в темноту. Но перед глазами все еще стояло его лицо — любимое, родное, искаженное болью.

— Я люблю тебя, — успела прошептать я.

И провалилась в небытие.

Очнулась я от холода.

Необычного холода — не такого, как раньше. Внутреннего, глубокого, пронизывающего до костей. Я открыла глаза.

Надо мной склонился Игорь. Бледный, измученный, но счастливый.

— Юля, — прошептал он. — Ты жива.

Я попыталась пошевелиться — тело слушалось. Слабость была, но боли не было. Совсем.

— Получилось? — спросила я.

— Получилось. — Он улыбнулся. — Ты справилась. Ты теперь одна из нас.

Я поднесла руку к глазам. Та же рука, но какая-то другая. Более... совершенная. Я слышала его сердцебиение — медленное, ровное. Слышала дыхание — тоже медленное. Слышала запахи — кровь, лекарства, его.

— Я вампир, — сказала я вслух.

— Да. — Он поцеловал меня. — Ты вампир. Моя. Навсегда.