Книга Как развестись с драконом и не влюбиться, страница 29 – Анна Ланц

Я задумалась. Гусеницы ведь продолжают плести, пока не превращаются в бабочек. Значит, нить в коконе лишь крепнет и нарастает. Но если ждать слишком долго, они прогрызут себе выход, и нить пропадет.

Тогда в голову пришла мысль — использовать магию. Я дождусь момента, когда кокон будет готов, но гусеница еще не успеет выбраться, и аккуратно, перенесу ее изнутри наружу. Так и кокон останется целым, и жизнь маленького шелкопряда будет спасена.

С этой мыслью я принесла из кладовой несколько больших корзин и осторожно принялась собирать коконы. Сначала те, что висели на уровне глаз и те, до которых можно дотянулся рукой.

Каждый кокон приятно шуршал, когда я опускала его в корзину.

Набрав полную, я отнесла ее в поместье и, выбрав просторную комнату, постелила широкое полотно и начала выкладывать свой улов.

Белоснежные овалы ложились рядами. Словно маленькие жемчужины, собранные в длинные гирлянды. Коконов было так много, что вскоре ткань покрылась мягким, переливающимся ковром.

Казалось, я смотрю не на гусеничные домики, а на драгоценное сокровище, обещающее богатство и новые возможности.

День за хлопотами пролетел незаметно, я даже не заметила, как солнце начало опускаться за горизонт. Уставшая, я поднялась к себе, и тут меня ждало настоящее потрясение.

Скинув платье, я замерла. Та самая строчка на животе, с которой я почти смирилась, перестала быть единственной. Теперь мое тело было исписано вязью. Ровные строки покрывали меня, словно я живой лист пергамента.

Они шли по рукам, оплетая кожу до самых запястий, спускались на ноги, поднимались по спине и грудной клетке.

На животе их было особенно много, будто чья-то невидимая рука никак не могла остановиться.

— Что со мной, Габи? — прошептала я и дрожащими пальцами провела по узорам.

Котокрыл, который усердно вылизывался у меня на кровати, отвлекся от своего важного занятия. Его глаза сверкнули зеленым.

— Мяу, — равнодушно протянул он, вновь возвращаясь к своему делу.

— Легко тебе говорить, — недовольно пробормотала я. — А я бы не была так уверена, что все это ерунда.

Ясно одно — эта вязь связана с ритуалом и с внезапно появившейся магией. Но что они значат? Чего мне ждать дальше? Вдруг и мое лицо покроется этими надписями?

Может, стоит прекратить использовать магию?

Мысль была разумной. И все же я колебалась.

Перестать использовать дар было жаль. Слишком жаль. Я уже успела ощутить, насколько магия облегчает жизнь. Сколько планов, связных с ней, успела построить.

И все же страх и сомнения во мне оказались сильнее. Решено: никакой магии, пока я не выясню, что значат эти строки.

Но ложась спать, я и не знала, что мое решение не продержится и нескольких часов.

Ночью меня разбудил Габи, он надрывно мяукал, стаскивая одеяло.

— Габи, ну что еще? Сейчас не время для игр. — Простонала я, переворачиваясь на другой бок.

Краем глаза успевая отметить, что за окном стоит густая, непроглядная тьма, и единственное, чего мне хотелось, — это снова провалиться в сон.

Но котокрыл не сдавался. Он то запрыгивал на кровать, то спрыгивал вниз, вновь тянул одеяло, бил крыльям и издавал отчаянные звуки.

— Да в чем дело? — в конце концов, не выдержав его напора, я села. Зевнула и прислушалась.

В доме тишина. Ни шороха, ни подозрительных звуков. Все казалось спокойным. Но что-то все же было не так…