Книга Идеальная совместимость, страница 49 – Юлия Резник, Ника Юлианова

Я вижу это на примере Марка. Другие высшие стесняются своей слабости и стараются ее прятать. Но у нас со Стейтмэном слишком близкие отношения для того, чтобы он мог что-то от меня скрыть. Марк может спорить с Ирмой до хрипоты, может хлопнуть дверью, может неделями демонстративно не возвращаться домой. Но стоит ей просто коснуться его руки — и всё. Он на крючке. И виной тому вовсе не его слабость. Стейтмэн один из сильнейших мужиков из тех, что я знаю. Просто есть вещи, против которых даже сильные оказываются абсолютно беспомощными.

Я не могу позволить себе такую роскошь. Слишком много людей зависит от моих решений. Слишком многое поставлено на карту. Если я начну оглядываться на чужие эмоции… Если начну думать не только о последствиях, но и о том, что почувствует она… мне конец. Слишком хорошо я помню высших, которые когда-то считались визионерами в нашем мире. Тех, кто, предвидя будущее, без колебаний брал на себя ответственность за самые непопулярные решения. Теперь же я вижу их совершенно другими. Они смягчились. Стали осторожными, если не сказать нерешительными. Исходящие от них инициативы больше не способны менять судьбу человечества или двигать вперед прогресс. Они топчутся на месте, увязая в сомнениях. Они ведут красивые разговоры о гуманности, компромиссах и демократии. Пряча за этими разговорами банальную профнепригодность и свою неспособность справиться с новыми вызовами.

Полагаю, именно поэтому Первый консул так отчаянно меня продвигает. Вот уж кто доподлинно понимает, куда все катится.

Так что все под контролем, да. Просто Тея не обычная женщина, а идеально мне подходящая с точки зрения продолжения вида самка. Само её присутствие рядом запускает механизмы, против которых разуму приходится работать вдвое сильнее, чтобы держать дистанцию. Тело реагирует раньше, чем я успеваю осмыслить. Запах кожи, движение плеч, даже её дыхание… Я ведь и не помню, чтобы раньше обращал внимание на подобные мелочи. А тут… Просто стоп-кран срывает. И хуже всего то, что мне пришлось это показать. Потому что иначе Тею было не расслабить.

Забывшись, вспоминаю, как её пальцы скользили по моей шее. Как она на секунду замирала, считывая мой пульс. Как трепетала ее кожа от каждого моего пусть даже мимолетного касания. И вот я опять в полной боевой. Ар-р-р. Непозволительная реакция. Я резко отталкиваю свои воспоминания. Нет. Сегодня это не должно повторится. Потому что я не смогу ей объяснить свой порыв необходимостью сделать ребенка. Я не позволю себе раствориться в другом человеке. Ведь если однажды это произойдет — я перестану быть тем, кем должен быть. И тогда всё, ради чего выстроена эта система, окажется под угрозой.

Решив сосредоточиться на работе, активирую интерфейс чипа. Мир на секунду гаснет, и поверх реальности разворачивается поток данных. Архивы, отчёты, видеозаписи. Дело Теи. Противозачаточный препарат.

Информация засекречена. О ней знают только четверо: я, врач, мой заместитель и Первый консул. Поэтому поиски курьера затягиваются. Приходится прочесывать килобайты информации в одиночку. Алгоритмы уже пытались отследить момент передачи таблеток. Но было это безрезультатно. Слишком много вариантов, слишком большой поток людей. Значит, смотрю сам.

Я увеличиваю скорость воспроизведения, позволяя чипу фильтровать лица и движения. Поток изображений идёт почти непрерывной лентой: улицы, лифты, переходы, холлы, парковки. Люди проходят мимо друг друга, машины останавливаются, двери открываются и закрываются. Я теряю счёт времени, когда система, наконец, фиксирует совпадение.