Книга Идеальная совместимость, страница 52 – Юлия Резник, Ника Юлианова

— Надеюсь, тебе хватит благоразумия не просить меня нарушить закон.

Теона на секунду зажмуривается.

— Я прошу тебя… не разрушать её жизнь.

Несколько секунд в машине стоит тишина. Я чувствую, как Тея напряжена. Но в остальном она слишком хорошо контролирует свои эмоции, видно, чтобы не сорваться.

— Ирма сама ее разрушает, обманывая…

— Кого?! Своего репродуктивного бенефициара?! Господи, она родила ему двоих прекрасных малышей! Этого мало?!

Я молчу. Тея прячет лицо в ладонях.

— Боже мой… — шепчет она. — И что с ней будет?

— Это будет решать Марк.

— Она не хотела зла.

— Ты слишком наивна. Конечно же, хотела. Она боится, что мой рейтинг станет выше, чем у Марка, и мне откроются те возможности, которые ему не светят!

Тея широко распахивает глаза. Видно, это в ее красивую голову не приходило.

Тея

Машина плавно замедляется перед стеклянным куполом Центрального репродуктивного центра. Снаружи здание выглядит почти невесомым — прозрачные стены, светлые переходы, плавные линии. Всё здесь построено так, чтобы внушать людям спокойствие и надежду.

Я выхожу из машины следом за Виктором и на секунду замираю, запрокинув голову вверх. Солнце отражается в стекле, разбиваясь на тысячи бликов. Внутри видно движение — люди в белых халатах, мягкий свет медицинских панелей.

В этом месте начинается жизнь. И его архитектура это только подчеркивает.

Виктор идёт рядом со мной, чуть впереди, как истинный альфа. Его шаги уверенные и тяжелые. Наше появление фиксируют камеры — я почти физически чувствую, как объективы скользят по нам, улавливая каждое движение.

Трусливо хочется отступить, но я заставляю себя идти дальше.

Внутри центр оказывается ещё светлее. Пространство огромного холла наполнено тихими голосами и мягким гулом оборудования. Где-то журчит вода — искусственный водопад обрушивается откуда-то сверху. Вдоль стен расставлены кадки с растениями, создавая иллюзию сада.

Навстречу нам спешит женщина в медицинской форме.

— Доброе утро, господин Грей. Госпожа Теона.

Её улыбка профессионально теплая. Мы обмениваемся короткими приветствиями, после чего она жестом приглашает нас следовать за ней.

Я стараюсь сосредоточиться на словах заведующей, но взгляд всё время ускользает в сторону… К палатам, виднеющимся через стеклянные перегородки. В этих палатах дети. Много-много детей. Маленькие прозрачные колыбели выстроены рядами. И именно в них лежат новорожденные малыши. Я невольно замедляю шаг. Один из ребятишек тихо посапывает, уткнувшись носом в мягкое, как облако, одеяло. У другого забавно торчит вверх пучок темных волос. Третий, кажется, только что проснулся и лениво размахивает руками, словно проверяя границы мира.

Такие маленькие. Такие… беззащитные. В груди что-то странно сжимается.

Я останавливаюсь у окна.

— Они здесь после стабилизации, — тихо поясняет врач. — Первые дни наблюдения.

Я почти не слышу её.

Мой взгляд цепляется за одного из младенцев. Он широко зевает, сморщив красное личико, и вдруг открывает глаза. Тёмные. Совершенно ясные. Он смотрит сквозь меня, но я все равно ему приветливо улыбаюсь.

— Хочешь подойти ближе? — слышу рядом голос Виктора и вздрагиваю. Даже не заметила, что он около меня остановился. Надо же!

— Можно? — спрашиваю тихо.

Врач кивает и открывает защитную панель. Я делаю осторожный шаг внутрь. Воздух здесь теплее, пахнет стерильностью и чем-то сладким. Возможно, молоком.