Книга Его строптивая любовь, страница 70 – Ирина Коняева

— Сама оденусь, — проворчала смущённо. — Вон то синее платье давай, — указала на первый подходящий вариант, не зная, как бы деликатно высвободится из его объятий и переодеться. Складывалось ощущение, что кое–кто драконистый не шутил, когда предложил меня одеть, словно дитя малое или куклу какую. Я, конечно, отказалась, но с Рагнаром порой так сложно спорить — вобьёт себе дурь какую в голову, пиши пропало.

— Лучше красное — под цвет щёк, — дал рекомендацию дракон, который, в отличие от меня, неловкостью ситуации не проникся, но выбранное платье приблизил.

— А теперь отправь остальную одежду в шкаф, пожалуйста, и отвернись, я оденусь, — попросила по–человечески.

— Ты всё–таки решила освободить кровать? Разумно, — мурлыкнула эта громадина, вгоняя меня в более насыщенный алый тон.

— Очень смешно! Сюда сейчас ворвётся толпа людей и нелюдей, вот увидишь. Мамуля пленных не берёт, — перевела я разговор из горизонтальной плоскости в вертикальную.

Попыталась осторожно высвободиться из стального зажима и сохранить хоть остатки приличия, но дракон не пошевелился. Посмотрела укоризненно — изогнул бровь. Протянула его имя, кивая в сторону двери, намекая, что времени мало, — хмыкнул. И только когда я зло сощурила глаза, отреагировал адекватно — сделал шаг назад. А я… осталась висеть в стене! Уже не прикрытая его огромным телом!

— Рагнар! — рявкнула недовольно, не понимая, что за магию он применил, что вообще происходит и смогу ли выбраться, если противный драконище упрётся и не станет помогать. Но тот с хохотом подошёл, обхватил меня за талию и поставил на каменный пол, затем демонстративно щёлкнул пальцами, облачив меня в выбранный наряд и лишь тогда отступил, позволяя, разглядеть стену, к которой мы прижимались.

— Это… это как вообще? — севшим голосом задала вопрос вслух. — Мы проплавили камень? Телами?

— Немного потеряли контроль над стихией, — объяснил Рагнар красноречивую нишу в стене. Я даже отошла на несколько шагов, чтобы рассмотреть её получше.

Зря. Очень зря.

— Мамочки, — прошептала, пытаясь «развидеть» дизайнерскую полочку в форме женского тела.

Если ноги и голова вдавились совсем незначительно, лишь очертив контуры, то непристойно откляченная попа выдавила замечательное волнистое углубление. И ладно бы это! Оплавленный до идеальной глади камень хранил и отпечатки мужских рук! Они углубились особенно сильно, образуя десять полноценных маленьких ниш. Отлично различимых даже на расстоянии!

— Ты говорила, что Урграну не хватает отпечатка индивидуальности, — задумчиво произнёс Рагнар. — Кажется, теперь я понимаю, что ты имела в виду.

— Точно не это! — рявкнула, понимая, что меня словно красной краской облили. Сейчас я опозорюсь на всю академию!

— А мне нравится. Неизбито, симпатично. Я бы и себе хотел такую… э-э… полку для мячей, — закончил дракон, стараясь не смеяться.

— Очень остроумно! — огрызнулась недовольно. — Мне нужно чем–то прикрыть это безобразие. Желательно так, чтобы никому и в голову не пришло вглядываться. Позорище–то какое.

— Алессаль, мы находимся в Академии, попроси её скрыть следы ужаснейшего преступления против морали, — приложив руку к груди съехидничал Рагнар.

— Она может? — Я впилась в него буравящим взглядом.

— Она и не такое умеет, поверь. Академия тяготеет к порядку и не любит пустые здания, потому каждый год собирает и разбирает часть башен — под количество проживающих под её кровом драконов, — объяснил Рагнар по–человечески. Может ведь, когда хочет.