Книга Его строптивая любовь, страница 89 – Ирина Коняева

— Спасибо, дорогой, — поблагодарила стихию, которая напоследок так громыхнула окном, что едва стёкла не вылетели из рам. — Ничего, мы с тобой ещё подружимся. Тебе придётся. Я упрямая.

Потёрла руки и сложила их на груди, размышляя, так ли я хочу посмотреть на дуэль. С одной стороны, безусловно да. С другой, после шоу лжематери появляться на публике — сомнительное удовольствие.

Но и прятать голову в песок непозволительно. Я — огненная тёмная, а не простая девчонка. Пусть мне ещё семнадцать, но гордость и честь — не пустые слова. Если мне придётся выдержать не просто повышенное внимание, но и порицание общественности, я не стану прятать голову в песок, откладывать неизбежное в долгий ящик, а пронесу это с достоинством. И башня не посмеет перечить.

Выпрямилась, многозначительно посмотрела на каменную кладку.

— Я не собираюсь устраивать сцен и ломиться в комнату Маро, поэтому давай договоримся сразу: сейчас я привожу себя в порядок и иду по своим делам, а ты не препятствуешь, — произнесла, стараясь показать башне порядок своих действий ещё и визуальным рядом.

Мне потребовалось немного времени на стихийный душ и смену наряда, затем я вновь призвала ветерок, чтобы просушить волосы… Стратегическая ошибка. Этот гад организовал на голове стог сена вместо причёски. Но, как говорится, жизнь подкинула лимон, добавь сахарку и сделай лимонад. Расчесалась и заплела волосы в две объёмные косы, лишь после вспомнив, что в Эрмиде их носят воины. По крайней мере, так утверждал Рагнар.

Посмотрела в зеркало.

— А мне нравится, более того, сегодня косы как никогда в тему, — проговорила упрямо и направилась к двери. — Открой, — приказала башне так, словно я была вправе. Именно так, как мне показалось, делал Маро, но мысленно.

Дверь послушно отворилась.

Поблагодарила башню и не торопясь пошла вниз. И только на полпути сообразила, какая мысль во время сборов на долю секунды возникла и упорхнула. Вечно я так: задним умом крепка. Хорошо, вспомнила. Похоже, это важно.

Рядом с Маро я чувствовала себя маленькой девочкой, которая хочет забраться на ручки, есть пряники и смеяться его шуткам, а не решать проблемы. Стоило рыжику меня пожалеть, как я тут же разнюнилась и не смогла препятствовать любым его деяниям, даже почти не анализировала их. Пыталась — да, но выходило из рук вон плохо. А чем ближе он ко мне подходил, тем слабее я себя чувствовала, тогда как с Рагнаром происходило ровным счётом обратное — я будто качала из него энергию и буквально искрила ею. И если и хотела на ручки, то по другому поводу — совсем неприличному.

— Занимательно, — проговорила задумчиво.

Маро располагал к себе и пугал одновременно. Порой казалось, что он действует противоречиво — то в категоричной форме настаивает на своём, то вдруг поддаётся мне. И эта его странная фраза про мечту. Он словно действительно переживал, что я не получу того, что хочу, и внимательно слушал слова Рагнара, анализировал их, стараясь узнать обо мне больше.

Если бы не предложение обручиться я бы, пожалуй, решила, что он мой родственник. Не очень близкий, раз тётка оказалась роднее и важнее настолько, что сработал древний закон, но всё же не посторонний. Однако предложение было и, пусть оно не касалось чувств, о чём–то говорило. Хотя, кто знает, может у тёмных свои правила. Вон, вся история европейских королевских семейств пестрит браками между родственниками.