Книга Его строптивая любовь, страница 90 – Ирина Коняева

Кем может быть рыжик и как здесь оказался? Если доверять интуиции, а она меня редко подводит, мужчина появился неспроста. Он гораздо старше, хорошо разбирается не только в законах и традициях Эрмида, но и в особенностях иных рас. В общем, подготовлен куда лучше моего.

Я выпорхнула на улицу и, если бы не знала, где находится полигон, по шуму поняла, куда следует идти. На удивление он выглядел уже совсем по–другому и больше напоминал хорошо освещённый теннисный стадион.

Меня увидели сразу. Несколько мгновений тишины — и трибуны взорвались гулом пересудов.

Неспешно, позволяя внимательно рассмотреть причину сегодняшней суматохи, я спустилась к самому краю размеченного на квадратные сегменты «корта».

— Алессаль, иди к нам! — донеслось справа.

Нарин сидела в окружении незнакомых мне барышень, облачённых в придворные наряды. Не академия, а проходной двор какой–то. А говорили, сюда просто так не пройти, не проехать. Врали! Или очередное исключение из правил. Не удивлюсь.

Я поздоровалась с девчонками и села рядом с Нарин, та тут же склонилась и зашептала на ухо: «Ничего лишнего им не говори, они нам не подруги».

— И не сомневалась, — ответила девушке, горько раздумывая над тем, что подруг в Эрмиде у меня нет и быть не может. Я слишком много раз обожглась за последние несколько месяцев и не готова довериться кому–то ещё.

Прикусила губу, сдерживая эмоции. Я всегда была общительной и легко находила общий язык с незнакомцами, теперь же даже знакомиться лишний раз ни с кем не хотела. А ещё мне безумно не хватало моей подруги Тани, единственного человека, кому можно рассказать всё от и до. И Цоды. Удивительно, но мы сразу сошлись и я не чувствовала в ней ни фальши, ни зависти, лишь искренние участие и интерес. А также заботу и бережное, нежное отношение к моим чувствам.

Теперь же, вместо приятного общения, приходится обмениваться светскими любезностями с аристократией Эрмида.

Покрутила головой. В зрителях сидели представители всех рас и профессий, в том числе немагических. Я точно знаю, что дамы в белых кружевных фартуках — это продавщицы из королевских кондитерских, и у них нет ни грана магии. В Эрмиде запрещено влиять магией на покупателя, потому сотрудников отбирают специально, об этом я прочитала ещё в Ургране.

— Нарин, а почему здесь горожане? Разве в академию могут пройти посторонние?

— По особым случаям. Для магов это балы или дни поступления, а для простых горожан единственный случай пересечь порог магической академии — это визит его величества. Разумеется, они рванули следом, да остались посмотреть, что да как. Стоит им выйти за ворота, как они снова лишатся доступа, — объяснила красавица–брюнетка, поглядывая на полигон, где сейчас находились не только Рагнар и Маро, но и ректор, и ещё пара неизвестных мне мужчин, один из которых двигался настолько мягко и плавно, что я тут же заподозрила в нём котика. Оборотень!

— С вашим появлением, леди Фогрейв, в академии стало куда интереснее. То королевский визит, то дуэль, — заметила одна из девушек, чьё имя я не запомнила. — Я всерьёз раздумываю, не поступить ли и мне, здесь такая насыщенная жизнь.

— Мейзи, нам прекрасно известно, что ты и без того планировала сюда поступить. Как и Нарин. К слову, дорогая, ты так и не рассказала, каким образом оказалась в академии до официальной даты открытия, — прощебетала хищная и явно стервозная девушка, сидевшая от меня дальше всех.