Книга Мой сводный дракон, страница 93 – Ирина Коняева

— Почему тёмные расы? Обычно девушки с Земли интересуются драконами, вампирами и оборотнями, остальные их не особо интересуют. А уж тёмные, с их репутацией, и вовсе заставляют держаться от них подальше.

— Она спрашивает обо всём на свете, – я позволил себе добавить жалобную ноту в голос. – И вообще много болтает. Я пытаюсь её подготовить к академии, но, боюсь, она совсем не соответствует требованиям, более того, не пройдёт по силе. Не контролирует магию. Не слышит своё тело. Капризничает.

— У меня есть прямой приказ его величества зачислить девушку в академию, Рагнар, – совершенно неожиданно сообщил ректор.

Итак, они разговаривали до моей встречи с его величеством Орином и всё согласовали. Странно только, что лорд–ректор выдал сведения до того, как я сам подступился с этим вопросом. Не в его характере. Неужели подсказывает линию поведения, разрешая высказаться?

— Я ни в коем случае не утаиваю Алессаль от общественности, лишь выражаю озабоченность и предупреждаю вас, что следует подготовиться к её визиту. Она огнеопасна и совершенно не контролирует внутренний огонь. Много времени проводит в воде несмотря на прямой запрет. Ей не интересен Эрмид и жизнь в нём, она планирует вернуться домой, потому её поведение в академии может быть несколько… незаинтересованным.

— Если она не будет прилежно учиться, её выдадут замуж, хочет она того или нет, – прямо сообщил Родсон. – В семье Фогрейв давно не было юных девушек, жених найдётся без дебюта в обществе.

Его светлость лорд–ректор демонстративно обратил внимание на виднеющуюся за окном башню, в которой располагалась личная лаборатория повелителя.

— Боюсь, выдать замуж Алессаль – это, скорее, испортить отношения, чем наладить связь, – со вздохом признал я, сам же благодарно кивнул.

Напоследок Родсон достал тоненькую книжицу с нижней полки и протянул мне, себе же взял несколько объёмных фолиантов и ушёл в специальный кабинет для работы с опасными магическими изданиями.

Я взял ещё несколько книг и так же отправился в один из закрытых кабинетов, а не к одному из многочисленных столов у панорамных окон, но с иной целью – не попасться на глаза местным леди.

Устроившись в уютном зелёном кресле и включив десяток магических светильников над головой, начал с выданной ректором книги.

«Огненные тёмные. Классификация»

— Ничего себе, какой раритет, – удивился я, открывая первую страницу, исписанную мелким, но хорошо читаемым почерком. – Похоже, трофей. Надо же.

«Впервые я попал в Луцан ребёнком», – гласила первая запись.

Замерев от озарившей мысли, открыл последнюю страницу. На ней красовался оттиск герба Фогрейвов.

Почему дневник моего предка находится не в семейном архиве?

Что она, демон задери, делает в сокровищнице Орина среди остальных трофеев королевской семьи?

Кожа на руках загрубела, покрываясь костяными пластинами. Зверею.

Из библиотеки вышел незадолго до официального ужина и бала–маскарада. Прошёл по пустующим коридорам к себе, радуясь, что местные дамы заняты внешним видом, а не поиском плотских развлечений, не придётся грубить или лицемерить, если кто–то перешагнёт грань дозволенного. А грань, увы, сильно истончилась с приходом во дворец очередной жены повелителя – демонессы. Со свитой, разумеется.

Драконы считали практику двенадцати жён ненужной и неправильной, разрушающей. Но в послевоенные годы многое шло против правил. Приходилось спешно договариваться со множеством сильных и конфликтных рас, дипломаты и вояки остановились на таком варианте. И он бы подошёл демонам, эльфам, вампирам, людям и ещё трём десяткам рас, но не драконам, которые не желали отдавать бразды правления. И сами себя тем ослабили.