Книга Академия Форхиллз, страница 71 – Дарья Сорокина

Свист, и мою щеку резко обожгло, а в глазах тут же потемнело. Эта деваха только что влепила мне такую пощечину, что у меня колени подкосило.

— Марша, какого хрена! — Шон влетел на кухню и встал между мной и этой чокнутой. — Она ни в чем не виновата.

— О, Шонни. Ты уже нашел себе новую замену, признаю, эта больше похожа. Сдаюсь, — она встряхнула руку и с вызовом посмотрела на него.

Я даже забыла о том, как сильно мне всекли. В каком смысле новую замену? У меня неприятно стянуло в груди и начало мутить, когда я взглянула на этих двоих.

— Да-да, ты все правильно поняла, сестричка. Бедный Шонни никак не мог свыкнуться с тем, что потерял свою розу. Ему так плохо, что готов во все клумбы нырять. А к тебе уже нырял, Виви? По глазам вижу, да. Надеюсь, я тебя отрезвила?

— Более чем, — прошипела сквозь зубы.

Лучше бы я еще неделю в отключке провела. Шикарное пробуждение. Серьезно? Меня Торнхарт унизительно называл "Мисс Копия", а с этой Маршей кувыркался.

Прошла мимо Шона, стараясь не смотреть ему в глаза, открыла шкафчик, вытащила кукурузные хлопья. Пакет оглушительно громко шуршал в звенящей тишине. Так же в гробовой тишине достала бутылку молока из холодильника и вышла нахрен с кухни. У меня горели щеки, но не от удара Марши, я злилась, мне было стыдно и больно, и это чувство расползалось по всему моему телу, как ядовитый плющ. Хочу закрыться в своей комнате и не думать о том, что тот, кем я грезила и кого любила с детства, оказался слепым мудаком. Он переспал с девушкой, которая просто подкрасила волосы, как моя сестра. А я-то идиотка! Вот какую подсказку Ви следовало мне оставить, что Шона Торнхарта надо обходить по огромной дуге.

— Виви…

Его голос выжигает во мне все то, что еще не было выжжено. Оборачиваюсь и не вижу в его глазах раскаяния. Да даже если бы оно там было, мне плевать. Разглядывает меня, словно подарок на Рождество получил, и ему не терпится сорвать обертку.

— Да постой же ты!

Хватает меня за руку и рывком тянет к себе. Мне стоит огромных усилий не обнять его и не разрыдаться, особенно, когда я чувствую на своей опухшей щеке его прохладное и нежное прикосновение.

Он настоящий. Мой Шу настоящий! Но злость, к счастью, пересиливает и я грубо отстраняюсь.

— Ты хоть представляешь, как ты был мне нужен? — выпаливаю ему в лицо.

— Я не знал… Клянусь!

Верю. Но обида только растет, и это уже не остановить.

— Пока я вырывала шипы из собственного тела и царапала ими тебе послания на деревьях, ты утолял печали по-своему. Класс. А потом и вовсе меня чуть не прирезал.

Молчит. Вижу, как дрожит его кадык. Но я даже не знаю, какие слова меня бы успокоили. Зато теперь все в этой чертовой истории сходится: рисунок на потолке у Ви, реакция Шона на игрушку, письмо и подсказки сестры. Она пыталась мне намекнуть, кто такой Шу. Только сделать это следовало раньше! А не уводить у меня парня!

Отлично, теперь я и на нее злюсь.

— Давно ты догадался? — спросила его, потому что молчание стало бесить меня даже сильнее, чем его голос.

— Боялся ошибиться. Мне нужно было проверить. Но в Форхиллз… не ловит, — он попытался улыбнуться, я же хотела разбить ему бутылку с молоком об голову.

— Пусти, — дернула руку, но Шон был сильнее.

— Виви, пожалуйста. Давай поговорим.

— О, теперь-то ты хочешь говорить, Вау! И не зови меня по имени. Вообще ко мне не обращайся. Боже, я же с ума от чувства вины сходила, когда парня в школе поцеловала, думала, изменяю тебе. А ты… с ней!