Книга Жду трамвая, страница 23 – Дарья Сорокина

— Спасибо, Надя. Даже не знаю, что бы я делал без тебя. Третьего января не так-то просто оторвать кого-то от семьи с такой просьбой.

— Скажи спасибо трамваю, – отмахнулась я.

Мне этот праздник только на пользу пошел: и нога болеть перестала, и на душе стало светлее. Казалось, будто я вернулась в детство и хоть на время забыла обо всех своих взрослых проблемах.

— При личной встрече так и сделаю, – рассмеялся Чудов. – Счастливый номер семнадцать.

Жаль, утренник закончился так быстро. Как, собственно, любая хорошая сказка. Знать бы только, какой будет финал у моей сказки.

Юра

Надя удивительная. Я был уверен, что она сбежит или откажет. Но у нее даже глаза загорелись, когда надела кокошник. Она ненароком разглядывала свое отражение во всех поверхностях, чтобы полюбоваться новым образом, и я едва сдерживал улыбку. А еще подарок приняла, думал, будет сложнее.

В газельке Надя полностью закрыла мне обзор в зеркале заднего вида и зачарованно тыкала пальцем в кокошник. Выглядело слишком мило, я не мог отвести взгляд.

Мы так ничего и не решили с ее ногой, но я заметил аптечную вывеску через дорогу. Может, там что-то посоветуют, раз уж кое-кто упрямый отказывается идти в травмпункт. Не станет лучше, завтра же отведу ее на рентген.

Посмотрел на часы. Время еще есть.

— Я быстро. Пусть прогреется пока.

Я помчался к аптеке прямо с мешком, но тут же попал в засаду. Дорогу мне перегородила женщина с ребенком.

— Одно фото. Можно? – попросила она, а я, конечно же, не мог отказать в такой маленькой просьбе.

В ту страшную ночь я поклялся, что стану лучшей версией себя, лишь бы все обошлось. Лишь бы с Надей ничего не случилось. Я обещал, что оправдаю данную мне в детском доме фамилию и сам стану чудом – в обмен на одно чудо для меня.

Женщина нащелкала уже с десяток фотографий в разных позах и даже потянулась за кошельком, чтобы меня отблагодарить, но я запротестовал. Достал из мешка шоколадку для малыша, а затем нырнул в аптеку.

Тут тоже не обошлось без просьб сфотографироваться, зато меня пропустили вперед длинной очереди, когда услышали грустную историю о больной ноге моей «внученьки». Только аптекарша строго смотрела на меня.

— Молодой… – Она запнулась, разглядывая бороду и прикидывая, кто же под ней прячется. – Молодой человек, вы лучше до травмпункта свою Снегурочку довезите. Самолечением не занимайтесь.

Я заверил аптекаршу, что обязательно так и сделаю. А сейчас мне бы что-то временное, снять боль и отек.

Когда я вернулся к машине, то застал забавную картину. Надя быстро бросила что-то на мое сидение и выглядела так, словно ее застукали за чем-то неприличным. Я проследил за ее взглядом и увидел свой телефон с горящим экраном.

— А зачем ты ходил в аптеку? – нервно спросила она, когда заметила у меня в руках пакет с зеленым крестом.

— На звонки мои отвечала? – ответил я вопросом на вопрос.

Она еще сильнее испугалась, и, если бы не постоянно сползающий кокошник, момент явно стал бы драматичнее. А так я не переставал улыбаться себе в бороду.

— Из твоей самодеятельности звонили, просили поторопиться, – по-деловому ответила Надя, но что-то с ней явно было не так.

Если бы наш худрук Любовь Захаровна услышала слово «самодеятельность», ее бы разорвало на тысячи маленьких снеговиков.