Книга Рождество по-драконьи. Лучшие враги, страница 195 – Леси Филеберт

Но я могу помочь? Поделиться?

Зигорра помедлила.

«Можешь.... Но ты с-с-сама еле жива. Твои рёбра ещё не срос-с-слись. Если отдашь с-с-слишком много — с-с-сама свалишьс-с-ся».

Знаю. Но я не могу просто лежать и смотреть.

«Упрямая негодница», — вздохнула Зигорра, но в её голосе звучало что-то похожее на гордость.

Я с кряхтением приподнялась на локтях, в боку тут же стрельнуло острой болью, и я зашипела сквозь зубы. Лекарь, колдовавшая над соседней койкой, обернулась и всплеснула руками:

— Адепт Винтер! Вы куда? Вам лежать надо, у вас переломы!

— Я в порядке, — прохрипела я, спуская ноги с койки. — Мне просто... надо...

— Никуда вы не пойдёте! — женщина шагнула ко мне, явно намереваясь водворить обратно на подушки.

Я медленно подняла на нее взгляд, и, видимо, в нем было что-то такое, от чего лекарь замерла на полпути.

— Мне очень надо, — тихо сказала я.

И, держась за стену, поковыляла к дальнему углу лечебницы.

Лекарь не стала меня останавливать, а я с кряхтением упрямо ползла дальше и думала о том, что как-то рановато стала разваливаться, как какая-нибудь старушка, хех.

Каждый шаг отдавался пульсирующей болью в груди, рёбра, которые мой двойник, кажется, возвёл в ранг своего любимого развлечения, протестовали против любого движения. Я шипела, останавливалась перевести дух, но продолжала идти. Метр за метром. К ней. К Светочу.

Девушка лежала неподвижно, укрытая одеялом до подбородка. Бледная, почти прозрачная. Русые волосы разметались по подушке, губы потеряли цвет. Ей было не больше двадцати, может, даже меньше. Её грудь едва вздымалась, а взгляд был устремлён куда-то сквозь потолок, сквозь стены, сквозь саму реальность.

Я с шумом придвинула табурет и села рядом. Осторожно, боясь причинить боль, взяла безвольную ладонь девушки в свою, сжала её пальцы, пытаясь передать хоть каплю тепла. И, закрыв глаза, потянулась к своей магии — к тому самому глубокому источнику, который бил во мне ключом. Я не умела им управлять в полной мере, не умела дозировать и контролировать. Но я умела отдавать. Открыть поток и позволить ему течь — это было просто.

Почувствовала, как сила тонкой струйкой перетекает из моей ладони в девушку. Совсем чуть-чуть, аккуратно, чтобы не навредить, не перегрузить её истончившееся магическое ядро, да и себе не навредить.

Минута. Две. Три.

Девушка не реагировала. Всё так же смотрела в никуда, не мигая, не шевелясь. Я уже начала думать, что моя затея бесполезна, что я опоздала, что...

Она вздрогнула.

Резко, всем телом, как от удара током. Её грудь судорожно вздымалась, ловя воздух, а глаза, наконец, сфокусировались, и, живые и осмысленные, медленно повернулись ко мне.

Девушка смотрела недоверчиво, глянула на мою ладонь, от которой исходило слабое голубоватое свечение. Потом перевела взгляд на моё лицо, и в её глазах отразилось такое изумление, будто она увидела невероятное чудо.

— Ты... Ты делишься силой? — прошептала она одними губами. — Со мной?

Я улыбнулась. Улыбка вышла кривой, усталой, но искренней.

— Нет, просто посидеть пришла.

А вот это уже вредный характер Зигорры прорезался, за которым я любила скрывать свою беззащитность.

Девушка недоверчиво смотрела на меня ещё с минуту, потом уголки её губ дрогнули в несмелой улыбке. Она сжала мои пальцы в ответ — слабо, едва ощутимо, но это было движение, это была жизнь.