Книга Новички в академии, страница 59 – Анна Одувалова, Любовь Черникова, Дарья Сорокина, и др.

Мои щёки залились румянцем. А вот об этом я даже и не мечтала.

— Конечно, да! – ответила я.

— Летиция Роу, вы ведь понимаете, одного таланта недостаточно, чтобы продолжать учиться в нашей академии.

Голос декана дейны Адамс доходил до меня будто через искажающее заклятье. Вроде бы понимала каждое слово по отдельности, но уловить общий смысл никак не получалось.

— При всём уважении к вашему отцу мне придётся принять меры.

Хотелось выкрикнуть, что я так и не нашла способ вернуть ему утерянный дар, поэтому терплю её снобистские выпады.

— Не молчите, студентка Роу. Или вас прельщает перспектива вернуться домой до осеннего бала?

— Декан Адамс, у меня нет проблем с успеваемостью. Особенно по вашему предмету.

Честно, я не хотела грубить, голос сам сделался громче, а интонация увереннее.

— Дерзость вам не к лицу, Роу, – протянула декан, будто невзначай поправив лацкан белой мантии с пришпиленной к нему брошью в форме пятилистного клевера. – Есть множество способов завершить ваше обучение немедленно. Но я не прощу себе, если потеряю настолько увлечённую студентку, которая ночами пробирается в запретные архивы библиотеки в поисках дополнительных знаний.

Отпираться не было смысла. За подобный поступок отчисление – это ещё не самое страшное наказание. Рассказать правду об отце тоже нельзя. Для всех подающий надежды целитель, гордость Королевской академии магии просто отошёл от дел на пике своей карьеры. Но если слухи о моих поисках выйдут за пределы кабинета Каролины Адамс, меня первым же паромом отправят домой, отняв последнюю надежду.

— Декан Адамс, я…

Договорить мне не позволила вломившаяся в кабинет Мартиша Ротман – выскочка и задира.

— Доброго дня, Каролин! Я с подарком.

Меня покоробило обращение к декану по имени, но сама Адамс никак не отреагировала на дерзость.

Мартиша поставила на стол глиняный горшок. Я же забыла, как дышать.

Дорогущий, практически исчезнувший вид цветка. Несколько его экземпляров растут только в королевской оранжерее и больше нигде во всей Лаэрре.

Декан посмотрела на меня: мол, ты ещё здесь?

Выйдя из кабинета, я едва не впечаталась в грудь Рику Соулу. Дракон с боевого факультета стоял, облокотившись плечом о стену. Мазнув по мне безразличным взглядом, лениво оттолкнулся, заглянул в приоткрытую дверь, спросил низким баритоном:

— Долго ещё? На семинар опоздаем. – И добавил: – Доброго дня, декан Адамс.

Мне стало обидно. Такие, как Мартиша и Рик, могут вообще ни о чём не беспокоиться. Их светлое будущее предопределено. Мой же отец, отдавший служению академии большую часть жизни, вынужден скрывать своё состояние.

Я почти дошла до конца коридора, когда спиной почувствовала чей-то взгляд. Дракон без тени смущения пялился на меня и не отвернулся даже застигнутый врасплох. У меня что-то не так с волосами? Или я не заметила и села на окрашенную скамейку? С чего ему меня рассматривать?

Сжав кулаки, резко развернулась и пошла прочь, мечтая стать невидимой.

* * *

Следующую неделю я прилежно ходила на лекции, свободное время проводила за учебниками в своей комнате, но ощущение, будто за мной наблюдают, не покидало. Совсем как тогда в коридоре, только в разы сильнее. Даже подумала, что декан Адамс приставила ко мне гексаподов, но как ни старалась заметить одного из них – тщетно. Почти смирилась с тем, что стала параноиком, когда в воздухе появился сложенный вчетверо лист бумаги.